Он шумно выдохнул.

— Я знаю, ты боялся, что поймал ребенка. Это не так. Физически она совершено зрелая, просто маленькая.

— Она последыш.

— Откуда ты знаешь?

— Сама сказала.

— Ясно. Но тебе все равно придется подождать. И можно… я спрошу?

— Говори.

— Мне тоже нужна помощь. Со старшей дочерью. Ты поможешь мне?

Он молчал целую минуту.

— Чем? Твоя дочь сама приняла решение. Она сделала аборт, хотя была замужем. Убила потомство. Я не могу ей помочь.

Голос звучал недовольно.

— Пожалуйста. Она сама жалеет о своем глупом поступке. Она будет расплачиваться до конца своих дней, жить с этой виной. Искупать свою вину. А ты дай ей защиту от мужа, хотя бы на время.

Он посопел.

— Я подумаю.

— Давай договоримся. Я помогу этой девочке прийти в себя и стать твоей, а ты взамен поможешь моей дочери.

— Я сказал, подумаю.

— Мне нужно больше, чем обещание подумать.

— Большего ты не получишь. Я могу найти для Ники другой уход, а ты другую защиту не найдешь.

— Я прошу тебя!

Раздался грохот. Ника увидела, как Ларим рухнула на колени и склонила голову.

— Я прошу тебя, Матай. Все, что хочешь. Помоги моей дочери.

— Она нарушила закон. Убила потомство. Ты слишком многого хочешь, женщина.

Кажется, зрелище коленопреклоненной Ларим его особо не впечатлило. Он жестокосердный?

— Умоляю. Эта девочка будет твоей, я сделаю, что нужно, только помоги.

— Ника и так моя. И может стать моей прямо сейчас. Если я решу. И останавливают меня не твои слова. Делай, о чем мы договорились, и я подумаю, смогу ли помочь твоей дочери. Это мое последнее слово.

Ларим стояла на коленях, покачиваясь из стороны в сторону.

— Хорошо, — наконец, ответила женщина.

— Теперь иди домой. Вернешься утром и продолжишь делать так, чтобы она успокоилась и привыкла.

Ника открыла рот и вцепилась зубами в одеяло. Женщина обещала безопасность, а сама уходит и бросает ее в комнате один на один с самцом, который может сделать с ней что угодно. Картина давнего ужаса, где Олимп держит клыками за горло Катрию и движется, движется, снова встала перед глазами, как реальная.

— Ладно. Только помни — тронешь ее и можешь забыть про счастливый брак.

Ларим ушла. Дверь за ней захлопнулась. Ника думала, не заползти ли под кровать, откуда ее непросто будет вытащить, чутко прислушиваясь к звукам.

Матай выждал пару секунд, сделал шаг к кровати, а потом рухнул на матрас. Пружины жалобно заскрипели. Потом, судя по звукам, перевернулся на спину.

Ника слушала. Оборотни могут разобрать по звуку дыхания, спит ли поблизости другое существо, но не в ее случае. Последыш обладает слишком тихим дыханием и сердцебиением, плюс опыт, наработанный в детстве, так что даже альфа не поймет, спит она или притворяется.

Матай лежал с другой стороны кровати. Неизвестно, что он задумал, оставалось только прислушиваться и быть наготове. Вот шуршание одежды, его дыхание, почти незаметные движения тела, словно он устраивается удобней. Его короткий вздох. Почему-то звук расстегиваемой молнии.

Ника поняла, что время идет, а Матай не собирается никуда уходить. Но и с места не двигается. Альфа лежал на кровати, шуршание прекратилось, а потом раздался другой, незнакомый ей звук. Тикали секунды и ритмичный незнакомый звук трения нарастал, становился громче. Его дыхание стало глубже и глуше. Казалось, ему больно и он вот-вот начнет стонать.

Ника слушала и хмурилась. Что он делает? Что он задумал?

Потом матрас у ее лица тряхануло. Раз, другой…

Его выдох вырываясь из груди хрипами. В воздухе, проносясь лавиной, появился запах. Сконцентрированный мужской запах, тот самый, которым пахнут женщины, которых недавно изнасиловали. Запах мужского семени.

Паника накатила всего на секунду, но Нике хватило ума не дергаться, ведь запах уже есть. Значит, уже все закончилось. Только что все?

Матай больше не двигался и, наверное, опасности не представлял.

«Такой запах остался бы на мне, если бы он меня изнасиловал, — думала Ника. — Но он лег далеко и меня не трогал. Откуда тогда взялся запах?»

Она не знала, что думать и что делать.

Матай тем временем зашевелился. Ника устала за сегодня, устала от всего этого, поэтому обрадовалась, когда он просто поднялся с кровати и ушел, закрыв за собой дверь.

Еще несколько минут промаявшись, Ника заснула.

Глава 10

Проснулась она утром — за окном светло, в комнату входит Ларим. Ника поднялась с пола, сонно хлопая глазами. Женщина быстро подошла и бегло осмотрела Нику, вдохнула с облегчением.