Советники ждали ответа. Первым не выдержал Халдир, пристально глядя в глаза сородича, он сказал:

– Сознайся, ты сам не понимаешь, почему Коляда решил отступать. Ты хочешь ему верить, но не можешь. Доколе эльфы будут терпеть главенство людей? Разве Коляда не покинул Совет, разве не передал тебе власть? Мы сами решим, что нам делать, мы не отступим, мы будем драться!

– А как же заложники?
– пробасил Хьельф Еппе.
– Только что мы вроде решили, что надо любой ценой спасти Континент. Может, и Коляда так подумал?

Мила Цекки вскочила с места и воскликнула тонким голосом:

– Откуда нам знать, что он думает, его же здесь нет!

Семеня кривоватыми ножками, она ринулась к троллю. Не смотря на то, что Мила доходила сидящему Еппе всего до плеча, он отпрянул и втянул голову. Связываться с разгневанной мумми ему не хотелось.

– В такой ситуации никому нельзя верить!
– напирала она.
– Мы не знаем, что у Ладмира на уме. Может, он уже отдал власть Вершителю и предал нас.

Как ни странно, именно последние слова советницы вывели Альвердо из раздумий. Он увидел картину в целом: Континент, омываемый гигантскими волнами, окраинные земли, уходящие под воду, черные дыры последних уцелевших порталов, ведущие в неизвестность. Посредине столицы - действующий атланский храм, вокруг которого погибают малочисленные войска Совета. Если что-то и может спасти ситуацию, то только некая тайна, которой владеет Ладмир Коляда.

– Сядьте!
– непривычно резко гаркнул Альвердо.

От неожиданности Мила Цекки плюхнулась чуть ли не на колени к Еппе.

– Дарий, свяжитесь с войсками и передайте приказ. Мы отводим части Совета с площади!

Альвердо перевел дух. Ему показалось, он принял самое важное в своей жизни решение, оно касалось всех людей Континента, а он принял его вслепую, даже не зная, что готовит Ладмир. На душе лежал камень.

– Халдир, - уже тише добавил он, - проконтролируй, чтобы заложников отпустили. Мы ведь выполнили условия жрецов.

Халдир поморщился:

– Скажи, Ан-Нирэ, ты готов выполнять все приказы Коляды? Он прислал к нам трех соглядатаев, двое из них, уже покинули дворец, третий, пошел на башню.

– Что он там делает?

– Пока ничего. У него с собой странный предмет, похожий на фотоаппарат или телескоп на треноге. Точно такие же были у остальных пришедших. Не знаешь, что это?

Альвердо устало мотнул головой. Он понятия не имел, что нужно посланцам Ладмира.

Максим добежал до "Золотого Дракона" как раз в тот момент, когда войска получили команду отступать. Это спасло Макса от лишних сложностей с проникновением в зону действий. Войска еще не двинулись с места, а оцепление уже дрогнуло, давая возможность опытному одиночке просочиться в гущу событий. Первое, что увидел Максим - пятерых заложников на ступенях "Дракона". Они с тревогой оглядывали площадь, испуганно косились на своих конвоиров, за спинами которых маячили жрецы.

– Что здесь происходит?
– обратился Максим к стоящим рядом бойцам СОП, но ответа не получил, к нему даже не обернулись. Тогда он крикнул.
– Оглохли, что ль?! Да что тут творится, мать вашу?!

Парни пожали плечами, зато отозвался их командир:

– Какого демона здесь делает штатский? Куда смотрят спасатели из оцепления? Выпроводите его немедленно! Четвертая бригада, слушай мою команду, отходим!

Не дожидаясь исполнения приказа, Максим метнулся в сторону. Теперь он знал, на площади есть спасатели, а значит, появилась надежда найти своих. Отступающие войска оттеснили Максима с центра площади к жилым домам. Он встал у стены, пережидая давку, и тут, возле лестницы увидел Дирука и еще двух незнакомых спасателей. Все вместе они выводили людей из домов, указывая им путь к временному убежищу. Максим кинулся навстречу друзьям, по пути заметив Куэ, ругающегося с Янеком.

– Мы не можем уйти!
– кричал Куэ.
– На трех этажах осталось люди, мы должны увести их. Нам приказано эвакуировать граждан!

– Они сами уйдут. У нас есть приказ отступать.
– Невозмутимо возражал Янек.

– Они не уйдут! Они ведь не знают...

– Отставить разговоры! Забыл, кто здесь старший? Смотри, а то вылетишь из спасателей вслед за Яровым.

"Вот значит, как повернулась жизнь!" - отметил Максим. Трусливый предатель занял его место и стал командиром.

Прежде, чем Куэ успел что-то ответить, к Янеку подбежал молодой боец и доложил:

– Господин капитан, там, на лестнице, трупп мужчины в камуфляжной форме без знаков различия. Похоже, его атланты убили, у него дырка в башке.

– Это не наше дело, - меланхолично отрезал Янек.
– Мы уходим, таков приказ.

– Я понимаю, - не унимался боец.
– Но при трупе найдено странное оборудование, прибор какой-то со штативом, на фотоаппарат немного похож. Я такой никогда не видел. Что с ним делать?

– Ничего. Оставьте, как есть! Труп унесут санитары. Отступаем!

Молодые бойцы двинулись вдоль улицы, следом за командиром. Дирук и Куэ замешкались, и тут Максим негромко окликнул их. Бывшие сослуживцы кинулись к нему.

– Командир!
– заорали они в одну глотку.

– Кэп!
– Куэ хлопал его по спине.
– Тут такие дела! Так тебя не хватало!

– Отставить разговоры с посторонними. За мной!
– крикнул, обернувшись, Янек, словно он собирался броситься в бой, а не бежать с площади.

Максим даже не взглянул на него, словно Янека вообще не существовало.

Площадь постепенно пустела.

– Неподчинение приказу повлечет за собой...
– закричал новоиспеченный командир. Окончание фразы никто не услышал, потому что со стороны заложников, раздался душераздирающий крик. Кричали два голоса - мужской и женский, через секунду мужской голос затих, а женский усилился до истошного визга. Максим, Дирук и Куэ побежали к зданию.