Она растеряно оглядела комнату, словно надеясь найти в стене потайной ход, ведущий к спасению, или хотя бы место, где можно укрыться. Но вместо этого взгляд наткнулся на пустующее место Кирлонда Лотта. На его рабочем столе валялись какие-то зарисовки, из папки высовывались бумажки с непонятными записями.

– Вот эльф, молодец, не пришел сегодня! Может, знал?

– Почем ты знаешь, что он не пришел?
– зло парировал Артем.
– Может, его прямо у входа хвать под белы ручки, и поволокли...

Он прервал рассуждения, боясь произнести вслух страшный приговор, уготовленный всем. Еще утром слухи о том, что в храме начались жертвоприношения, казались дурной шуткой, но потом все сотрудники видели, как охранники-тролли вместе со жрецами в цветных одеждах сновали по этажам. Страх сразу сковал всех не хуже цепей, недаром говорят, что атланты - мастера по части наведения ужаса и отключения воли жертв. Люди засели по своим комнатам и притихли.

Время тянулось медленно. Жрецы и охранники степенно прошли в другой конец коридора и попросили сотрудников пройти вслед за ними в апартаменты начальства.

– Зачем?

– Вам все объяснят. Пойдемте.

Люди встали и молча пошли. Опять тишина. Нервы напряжены, страх липкой смолой сковал разум, движения и пространство. Единственным, кто смог побороть наваждение, оказался Ярим. Наладчик аппаратуры с криком выскочил в коридор из своей мастерской, вместо меча поднял над головой отвертку, и принялся лупить ею в окно. Стекло, защищенное магией, не поддалось, даже крошечный осколок не отлетел. Ярим замер вздыхая:

– Это кара! Я молчал, когда пропал Эрвин, я купился на деньги! Великий Мастер, помилуй меня!

– О чем он?
– прошептала Липта.

– Помнишь эльфа, который личкомы чинил?
– напомнил Артем.
– Говорили, что он уволился. Получается, значит, убили его. Значит, тогда еще все началось...

Ярим понял, что долбить окно бесполезно, и бросился к лифту. Артем подделся вперед, преодолев накатившую волну страха. Он хотел знать, найдется ли путь к спасению.

Ярим добежал до конца коридора и даже успел нажать кнопку вызова, но лифт не приехал. Зато вместо него из другого конца коридора к Яриму двинулся монстр. Чешуйчатая тварь, которая разве что в кошмарном сне привидится, сгребла гнома когтистой лапой и поволокла к апартаментам начальства. Ярим бился и хрипел, полоса крови тянулась за ним по полу. Артему казалось, что он видит мираж, наваждение, все что угодно, только не то, что происходит здесь и сейчас. Кричать Артем не рискнул, он шарахнулся назад, в комнату, и плотно захлопнув дверь. Ему оставалось только курить сигарету за сигаретой и уговаривать себя и Липту, что их не тронут, с ними ничего не случится. Еще одна сигарета превратилась в окурок, когда в коридоре послышались крики и голоса жрецов. Липта зажала ладонями уши и крепко зажмурилась.

– Кажется, из 220 всех потащили! Следующая комната наша.
– Прошептала она.

– Мы не пойдем.
– Тупо заявил Артем.
– Мы ничего не сделали, нас должны отпустить.

Он попытался сосредоточиться и придумать хоть одну причину, по которой его шанс выжить превосходил несчастных из 220 комнаты, но не смог.

– Бежим к Каролине Райн!
– крикнула Липта.
– Она общается с атлантами, они ее не тронут. Может, она и нас защитит.

Они выскочили, и как угорелые понеслись к кабинету, рванули дверь и замерли на пороге, разглядывая свою начальницу. Каролина полулежала в кресле, глядя застывшим взором куда-то в угол комнаты. В руке она сжимала пустой бокал, на рабочем столе стояла ополовиненная бутылка "Гремучего змея", дверцы представительского бара были распахнуты.

– Госпожа Райн!
– окликнула ее Липта.

Каролина медленно повернула голову и уставилась на гномицу, будто видела ее впервые. Потом с трудом проговорила:

– Я дура. Почему не поверила Киру? Он оказался прав! Я всегда хотела быть примерным сотрудником, и вот что из этого вышло. Вот как они отблагодарили меня! Теперь даже мое тело никто не найдет.

Она уронила голову на руки и зарыдала. В коридоре разнеслись тяжелые шаги. Жрец прокричал:

– Дракон требует жертв!

В Зеркальном зале дворца Совета царило оживление, грозящее перерасти в панику. Донесения поступали одно за другим. Дело шло к полудню, а магические зеркальные стены по-прежнему отражали лишь ярко-синее весеннее небо и солнечный свет, и без того в обилии проникавший в зал сквозь стеклянный купол. Никакого обзора событий, никакой панорамы "Золотого Дракона" не было и в помине. Как тут прикажете влиять на происходящее, если даже увидеть его нет возможности?

Ирилин в отчаянии воскликнула:

– Сколько можно возиться! Вы, в конце концов, мастер магтехники или нет?

– Мастер я, мастер.
– Пробасил Хьельф Еппе.

Согнувшись в три погибели, тролль копался у основания одного из зеркал. Коричневая замшевая жилетка задралась на его широкой спине, клетчатая рубашка выбилась из-под ремня. Штаны сползли, явив миру основание того самого места, которое принято скрывать от посторонних глаз. Ирилин метнула возмущенный взгляд на задницу тролля и, поджав губы, отвернулась. Еппе не заметил негодования прекрасной эльфийки, тяжело вдохнул, от чего штаны сползли еще ниже, и громко посетовал: