В это время Аня позвала всех к столу. Посреди стола — стол ведь и есть постеленное полотно, а вовсе не доска с ножками, дымилась на двух поленьях огромная сковородка с грибами — творение Сепе.

— Давайте начинать. — сказала Аня — Ербол, тебе слово: расскажи Никите почему мы здесь собрались.

— Подожди, Ербол! — воскликнул Сепе — Грибы же остынут. Их нужно немедленно есть, я приготовил настоящие грибные уши по китайски. Со всеми приправами.

— Хорошо, Сепе, — ответил Ербол, — ты пока раскладывай, Володя пусть разливает, а я начну. Я буду краток.

Итак, веточки, которые ты, Никита, принес, Искандер изучил, и было неопровержимо доказано, что они не с Земли. Но и не с другой планеты. То есть с Земли, но не с нашей. Впервые в истории человечества имеются доказательства, что человек побывал в параллельной вселенной и вернулся. Имеются доказательства и имеется этот человек. Этот человек находится среди нас. Вот за это я предлагаю выпить: за невероятное путешествие Никиты Панкратова, сравнимое только с первым полетом человека в космос. Счастливый ты, Никита. Жил в то время, когда Гагарин сказал свое «поехали», а теперь сам погулял в чужом мире.

Никита смутился и сказал, что он не застал полет Гагарина, поскольку родился несколько позже. Но его никто не слушал — все потянулись к нему с полными кружками. Ощущать себя центром общего внимания и восхищения было необычайно приятно. Никита почувствовал, что наконец-то он чего-то достиг, одержал первую победу на пути в общество хозяев здешней жизни. Но тут он поймал насмешливый взгляд Тепе и понял его невысказанную мысль: а чего стоит он сам? Ведь все, что он сделал, было результатом не так его собственных трудов, как случая. Случайно Никиту нашли и оживили. Случайно он оказался обладателем дара перехода между мирами, то ли врожденного, то ли не предусмотренного программой результата работы виробов. Это не в первый раз Тепе эмпатически плескал водичкой в костер его самомнения. Однажды, когда Никита рассказывал о своем веке, о том, что мир должен принадлежать людям активным и способным, а ленивые и глупые сами заслужили свою участь, он поймал такой же насмешливый взгляд. Тогда, в изнанке мира, Никита не смог скрыть не только от себя, но и от Тепе истину. Он ведь прекрасно понимал, на какие деньги жила его семья. Отец Никиты был руководителем подразделения в одном из ядерных институтов. И вместе со всем руководством кормился продажей жидкого гелия в Германию. Получали гелий на институтском оборудовании, на ремонт и эксплуатацию которого уходило все финансирование института. На зарплату ученых и их работу не оставалось ничего. А выручку руководство делило между собой, не оставляя институту ни копейки. Платой за высшее образование Никиты в коммерческом университете и его отдельную от родителей квартиру стал полный развал научной работы в институте его отца и отъезд ведущих ученых за границу. Тогда, под взглядом все мгновенно понявшего Тепе, Никита не мог не признаться, что такой бизнес был самым обычным воровством, а превосходство деловых людей над всеми остальными состояло в отсутствии совести прежде всего.

В этот момент Сепе сунул в руки Никиты миску с ароматной черно-коричневой кучкой, и на время Никита забыл обо всем на свете. Оказалось, он был изрядно голоден — медицинский терминал обеспечивает полноценное питание организма, но не через желудок. К счастью, есть после него можно спокойно — пред пробуждением организм готовится к нормальной жизни. Потом Никита вместе со всеми хвалил искусство Сепе. Потом всех прервал долгий переливчатый звон. Это Ербол ударил ножом по пиле, обычной двуручке, совершенно такой же, какой Никита пользовался в своем веке. Стремление жителей двадцать второго века пользоваться архаичными инструментами, по мнению Никиты, было похоже на манию. С его точки зрения было бы куда рациональнее порезать бревна каким-нибудь лазером. Правда тогда и вместо костра было бы рациональнее использовать пакетный нагреватель…

— А теперь я предоставляю слово Искандеру. Расскажи о результатах исследования доставленных материалов.

— Вообще-то исследования проводил не совсем я. Точнее, не я один. — Искандер медленно поднялся, держа в руках полную кружку. — Пришлось привлечь специалистов по общей биологии. Результат такой: молекулярная структура этих растений не отличается от обычных земных. Генокод такой же. В общем, обычные растения. Только оказалось, что на Земле таких растений нет и никогда не было. Могли бы быть, но не было. Удалось определить семейство, род. Но вот видов таких никогда не существовало. Хотя, скажем, кленолистая береза достаточно близка к шведской березе. Но все таки это совершенно другой вид. Мы прокрутили все данные по генетическим экспериментам — никто никогда не создавал ничего подобного. Все биологи, которые знакомились с результатами исследований, сочли их достаточным доказательством того, что эти растения не земные, но и не инопланетные. Это уже детали, но по генокоду удалось восстановить до некоторой степени историю видов. Так вот она отличается от истории близких земных видов. Здесь что-то странное. Судя по всему Никита побывал в другом мире на планете подобной Земле во всем, но имеющей другую климатическую историю, возможно другую географию. Но почему-то жизнь там развивалась не абсолютно самостоятельно, как на других планетах нашей вселенной, а в какой-то связи с жизнью на нашей Земле. Что привело к одинаковому молекулярному строению, способу кодирования генов и вообще общему сходству. Честно говоря, я этого не понимаю. Но тем интереснее будет решать эту загадку. Я предвижу здесь огромную и очень интересную работу. Вот за это и предлагаю выпить.

Когда последовавшее за звоном кружек чавканье немного стихло, Ербол предоставил слово Шурику Талалаю. Развернувшийся во всю длину Шурик опять до жути напомнил Никите королевского пуделя после команды «служи».

— Ну значит так, — затянул Шурик в своей обычной манере — по просьбе Ербола я представил данные по своей теории информационного резонанса и экспериментам по сверхсветовой передаче информации в Совет Физики и для обнародования. Кое какие сообщения по теории я и раньше посылал в научную библиотеку, так что это не было чем-то совершенно новым, а вот экспериментальное подтверждение действительно всех поразило. К моему удивлению на этот раз даже теорию никто не стал критиковать.

— Попробовали бы они критиковать твою теорию, когда у тебя есть эксперимент. Ну куда им с голой пяткой супротив шашки! — весело прокомментировал Андрей Печковский.

— Да, действительно, — признал Шурик, — хотя теория и не дает полного количественного описания эксперимента, но критикам пришлось бы выдвинуть иную теорию, описывающую этот эксперимент точнее. А пока такой теории никто не выдвинул. И еще сыграло то, что сделал Никита. В общем, сегодня наша лаборатория на коне. Отношение Совета Физики самое благоприятное. Когда данные о нас попадут в банк новостей, у нас отбоя не будет от желающих работать в лаборатории. Ербол, неплохо бы расширить теоретическую группу. Совет пойдет навстречу.

— Ха! — выкрикнул Ербол — Совет пойдет навстречу чему угодно сейчас. Сегодня утром я имел длительную беседу с председателем Совета. И есть результат. О теоргруппе и прочем мы потом поговорим, а сейчас мне хотелось бы сделать то, ради чего мы здесь собрались: не только отметить наш общий успех, но и пригласить в нашу лабораторию нового и очень многообещающего сотрудника. Держи! — Ербол торжественно протянул Никите свернутый в трубку лист тончайшей бересты. — Твой диплом магистра физической магии. Теперь ты полноправный работник лаборатории на этой должности.