Шрифт:
— Да-да, но давай ближе к делу. Мы теряем время.
— Меня зовут Лилуай, — представляется девчонка. — Не собираюсь служить тебе бессловесным мулом.
— Хорошо.
— Ли-лу-ай, — произносит она еще раз по слогам, поскольку я не пытаюсь повторить ее имя. — Или Песнь Ястреба, если Лилуай тебе не выговорить.
— Это два имени, — замечаю я и оглядываюсь на парней. Джесси и Билл начинают терять терпение, их лошади беспокойно переступают ногами. — Послушай, у меня нет времени прохлаждаться. Ты едешь со мной или нет?
Индианка выпрямляется в седле.
— А как тебя зовут?
— Кэти.
— Спасибо, Кэти, за то, что ты сделала для меня в «Тигре».
— Не стоит благодарности, Лил. Поехали уже. — Я разворачиваю Сильви и трусцой направляюсь к братьям Колтонам.
У меня за спиной она говорит своему пони:
— Меня зовут не Лил. Но для начала сгодится.
И наконец раздается стук копыт.
Похоже, я нашла себе следопыта.
Глава шестнадцатая
— Она из апачей, — произносит Джесси, когда мы возвращаемся к братьям. Он щурится, но это не его обычный добродушный прищур. Скулы заострились. Губы сжались в тонкую ниточку. Кажется, даже кожа на лбу натянулась. — Она с нами не поедет.
— Она поможет нам в горах, — возражаю я.
— Она с нами не поедет! — Он машет рукой на Лил, как будто она облако придорожной пыли в воздухе, которое можно разогнать. — Убирайся! — рявкает он. — Тебе здесь не рады.
— Джесси! — окликаю я, и он резко оборачивается с перекошенным от ненависти и страха лицом. Я помню историю, которую Билл рассказывал об их матери, и хорошо понимаю чувства бедного парня. — Послушай, Джесси, мне жаль, что ты потерял мать, но это было много лет назад. И Лил тут не виновата.
— Виноваты ее сородичи, — огрызается он.
— Но не она.
— Мне все равно. Не позволю я проклятой апачи ехать рядом с нами. Только через мой труп.
— Ох, черт тебя дери! — взрываюсь я. — Билл прав. Ты вечно проповедуешь, что надо оставить прошлое позади, жить дальше, не позволять демонам поглотить душу, но сам же цепляешься за прошлое больше нас и твердишь о событиях десятилетней давности! Чем раздавать полезные советы, попробуй им следовать. Вот только тебе духу не хватает!
Он прикусывает нижнюю губу и бросает на Лил испепеляющий взгляд. Однако индианка продолжает невозмутимо сидеть на пони, глядя в небо, будто она тут ни при чем.
— Я не призываю тебя стать ее лучшим другом, просто…
— Мы никогда не станем друзьями, — цедит Джесси сквозь зубы.
— Господи, ты меня до белого каления доведешь! — ору я. — Вот что я тебе скажу: она едет с нами, и точка. Ты, я, Билл и она — мы просто едем вместе. Не говори с ней. Даже не смотри на нее, если тебе так тяжко. Но Лил знает горы, и я не собираюсь отказываться от такого преимущества из-за твоей чертовой гордости или трусости. — Он злобно зыркает на меня, и я добавляю: — Короче, на время перехода тебе придется засунуть подальше свои предубеждения.
— А тебе, значит, нравятся апачи? С чего вдруг ты полюбила индейцев?
— Мне нравятся те, кто упрощает мне жизнь.
Джесси скрещивает руки на груди.
— Я думал, именно это мы с Биллом и делаем! Мы помогаем тебе найти Роуза, ты помогаешь…
— Я помню условия сделки, — поспешно перебиваю я. Если он проболтается, Лил тут же сбежит без оглядки.
Джесси снова прикусывает губу и задумывается.
— Все равно не понимаю, зачем все усложнять. Втроем путешествовать легче.
— А вчетвером безопаснее. Ты же сам говорил: чем больше народу, тем лучше.
— Говорил, — соглашается Джесси. — Похоже, ты все-таки не глухая.
— А у тебя припасена мудрость на каждый случай, да, Джесси?
— Не на каждый, — хмуро бурчит он. Потом цокает языком и разворачивает Бунтаря к востоку. Я придерживаю Сильви и провожаю его взглядом. Джесси нагоняет Билла, и дальше они едут бок о бок, а Дворняга пулей уносится вперед.
— Ты ему нравишься, — говорит Лилуай.
— Чего?! — Я изумленно оглядываюсь на нее. — Неправда!
— Тарак тоже всегда говорил со мной загадками. Когда он погиб в одном из набегов, его сестра призналась, что он хотел на мне жениться, и только тогда я поняла.
— Знаешь, Джесси не из апачей, и к нему твои выводы насчет загадок не применимы.
— Он прислушивается к тебе, — упорствует Лил. — Даже дал себя переспорить.
Потому что жадность поборола желание разъехаться в разные стороны. Джесси остался не ради меня и уж точно не потому, что я ткнула его носом в предвзятое отношение к апачам. Готова об заклад биться. Мы с Колтонами всего лишь используем друг друга. Не стоит придумывать то, чего нет.