— Извини за платье, – сказал он.

— Я бы всё равно его сожгла. Пятна крови.

— Ладно. – Он лёгким движением скинул пиджак и протянул ей. – Вот, возьми. Ты невысокая. Думаю, он тебя подойдет.

— Спасибо.

Он помолчал, внимательно разглядывая ее грудь. Оскорбленная и разочарованная – по какой-то причине она не ожидала, что он будет смотреть на нее с вожделением, – она прикрыла грудь его пиджаком.

Очевидно, осознав, как она истолковала ситуацию, он покраснел и снова перевел взгляд на дорогу. – Извини. Я только что заметил кристалл на тебе. Похоже, он из того же камня, что и жёлтая пирамидка в шкатулке.

О, точно. Кристалл.

Естественно, он заметил её кулон теперь, когда лиф платья больше не скрывал его. Его не интересовала её грудь. Это хорошо, – сказала она себе. Так почему же она чувствует себя немного разочарованной?

Интуиция запоздало подсказала ей, что, вероятно, нехорошо, что он пришел к выводу, что ее кулон сделан из того же камня, что и пирамида. Ситуация ещё больше усложнится, если он поймет, что два камня резонируют.

— Желтый – не такой уж редкий цвет, когда речь идет о кристаллах, – сказала она, стараясь говорить пренебрежительно.

— Такой насыщенный золотисто-жёлтый оттенок встречается нечасто. Он напоминает мне виски. Что ты знаешь о камне, который носишь?

В голосе звучало слишком много любопытства. Тонкие волоски на затылке зашевелились. Нужно действовать осторожно.

— Моя сестра Молли нашла пару таких, когда была маленькой. У неё еще в детстве открылся талант к настройке кристаллов, поэтому она настроила по камню для каждой из нас. Это своего рода сестринский амулет.

— Ты можешь послать через него импульс?

— Ну да, поэтому Молли их настроила. Но они не лучше стандартного навигационного янтаря.

Ладно, это была не вся правда, но она не собиралась раскрывать семейную тайну вору. Да, он спас её, но это не отменяло того факта, что он незнакомец – неизвестный и потенциально опасный. Он преследовал свои цели.

Она не хотела давать ему повода думать, что она может помешать ему в достижении его целей, потому что была почти уверена, что он из тех, кто идет вперед, пока не достигнет своей цели. Она знала этот тип. У неё было похожее упрямство.

Оливер больше не смотрел на жёлтый кристалл, поэтому она воспользовалась возможностью надеть его пиджак и плотно закутаться в него. Одежда хранила его тепло и несла интригующий намёк на его очень мужской аромат. Её чувства и без того были обострены от переизбытка адреналина и кайфа от Подземного мира, и пиджак унес ее на новый виток возбуждения. Она искала слово, чтобы описать незнакомое ощущение, которое испытывала. И она остановилась на «восторге».

Нелепо.

Они въехали в ротонду. Оливер въехал на санях в один из дюжины коридоров и проверил локатор на приборной панели.

— Отлично, – сказал он. – Мы даже не выбились из графика. Уже далеко за полночь, Амберелла , но я доставлю тебя домой до рассвета.

Она с облегчением вздохнула и вдруг вспомнила об артефакте. Она взглянула вниз и увидела, что Ящик Пандоры стоит именно там, куда она его поставила, на полу саней. Крышка, очевидно, от движения саней, закрылась. После того, как артефакт снова попадет в частную коллекцию, она вряд ли снова его увидит.

Оливер был её единственной ниточкой с музеем, который нанял его для поиска реликвии. Ей нужно начать говорить. Быстро.

— Мне кажется, – сказала она, – что твой клиент должен быть мне благодарен.

Уголок рта Оливера дернулся. Определенно, это уловка, – решила она. Он знал, что она собирается о чем–то просить, и был готов сыграть в эту игру – вероятно, это его забавляло.

Она одарила его лучезарной улыбкой. – Как думаешь, ты сможешь убедить директора этого частного музея разрешить мне осмотреть кристалл в ближайшем будущем?

— Может быть. – Его губы снова дрогнули. – Я – директор.

Она на мгновение замерла. – Ты же говорил, что ты агент по изъятию.

— В моем случае поиск артефактов для музея – часть моих должностных обязанностей.

Она прищурилась. – Думаю, ты должен рассказать мне чуть больше об этом так называемом частном музее.

— Например?

Она побарабанила пальцами по сиденью. – У него есть название?

— Конечно. Музей Ранкорта.

— Никогда о таком не слышала. – Она нахмурилась. – Тебя зовут Ранкорт.

— Можно сказать, что музей – семейный бизнес. Ранкорты занимали пост директора с момента его основания в Старом Свете. В те времена музей официально входил в структуру, которая тогда называлась Фондом, – прикрытие правительственной организации под названием «Агентство по изучению нетипичных явлений». Но здесь, на Хармони, он перешел в частные руки и стал Фондом по изучению нетипичных явлений.