— Ничего удивительного в посттравматическом стрессовом расстройстве, учитывая, через что тебе пришлось пройти.

Она откашлялась. – Дело не только в похищении. Был ещё небольшой инцидент в лаборатории.

— Тот, который до смерти напугал твоего бывшего?

— Тот самый.

— Хочешь поговорить об этом? – спросил Оливер совершенно нейтральным голосом.

— Это был своего рода взрыв, но на самом деле довольно слабый.

— Что именно взорвалось?

— Маленькое инопланетное зеркало. Абсолютно безвредное. Я же не потеряла контроль или что-то в этом роде.

— Кто-нибудь пострадал?

— Нет, – твёрдо сказала она. – По крайней мере, не серьёзно. Мои парасенсорные чувства немного пострадали, как и у Мэтта, но мы оба полностью восстановились. Кстати, я просто очень разозлилась. Я не пыталась его убить.

— Я так и не думал.

Она подняла брови. — Почему ты так уверен?

Оливер удивил её резкой, опасной улыбкой. – Потому что ты упорная. Ты не из тех, кто делает наполовину.

— О. – Она не знала, как это воспринять, поэтому продолжила: – Я загнала его в угол в лаборатории, потому что была в ярости. После того, как меня спасли, я узнала, что он изменял мне с аспиранткой. Этого было последней каплей.

— Вы поссорились в лаборатории из-за аспирантки?

— В тот день мы поссорились, потому что я узнала, что он статью с моими наблюдениями отправил в «Журнал пара-археологии». Он не только украл мои исследования, но даже не потрудился указать моё имя под статьей.

— А, это настоящее преступление в академической среде, – сказал Оливер. – Неудивительно, что ты разозлилась.

— Очень, очень разозлилась.

— Он знал, что ты можешь работать с энергией артефактов?

— Нет. Я никому не рассказывала. Уверена, Дрейтон и Грант, тех двое, кого похитили вместе со мной, что-то подозревали. Мы много времени проводили вместе, работая с артефактами в Стеклянном Доме, некоторые из которых были очень горячими. Но после нашего спасения они молчали.

— В неволе между вами троими возникла связь.

— Да. Но это не тот талант, который рекламируют в академическом мире. Люди нервничают, что ты можешь случайно убить их на раскопках.

— Знаю. Я с тобой в одной лодке, помнишь?

Она покраснела. Стало неловко.

— Полагаю, теперь, когда ты знаешь о моих способностях, ты немного обеспокоен тем, что я могу представлять опасность, – сухо сказала она. – Хочу тебя заверить, что я…

Она замолчала, увидев, как уголки губ Оливера предательски дрогнули. Сначала это выражение сменилось ухмылкой, а затем хриплым смешком.

— Держу пари, ты до смерти напугала Фуллертона, – сказал он.

— Да, – сказала она. – Но когда он оправился от шока, он был в ярости. Он пригрозил рассказать обо всём начальству и всем остальным. Моя карьера была бы разрушена. Я постаралась его заткнуть.

— Как?

— Старомодным способом. Шантаж. Я сказала, что не стану заявлять о том, что он украл мои исследования, если он будет молчать о том, что произошло в лаборатории.

Оливер кивнул. – Безумие. Взаимное гарантированное уничтожение. Хороший план.

— Я собой не горжусь, но я была в отчаянии.

— Понятно.

— Но, это не сработало, – сказала она. – Слухи всё равно пошли. Я должна была понимать, что сохранить инцидент в лаборатории в тайне будет невозможно. Там были обугленные следы, которые трудно было списать на обычный лабораторный инцидент. И всё же, думаю, что построила бы карьеру, если бы не облава на Общество. Это положило конец моей работе на Холлистера.

— Ты собираешься осуществить свою угрозу и обвинить Фуллертона в краже твоей работы?

Она простонала. – Нет. Подобные обвинения быстро оборачиваются неприятностями для обеих сторон. У меня нет никаких реальных доказательств. Я блефовала. И, как я уже сказала, я действительно подпалила Мэтта в тот день в лаборатории.

— Какая-то мелочная месть.

— Возможно, но ты же знаешь, что говорят о мести. Две могилы и всё такое. В любом случае, у меня есть проблемы поважнее. Сомневаюсь, что когда-нибудь снова смогу работать в академическом мире. Лучше всего мне уйти в частную консультационную сферу. Большинство компаний, работающих в Подземном мире, не слишком разборчивы в отношении талантов. Корпорации и частные фирмы гонятся за прибылью. Всё, что их волнует, – это результат.

— Верно. Но это опасный путь. Там работает много сомнительных дельцов.

— Знаю, – она одарила его стальной улыбкой. – Меня похитили какие-то подозрительные типы.

Он поморщился. – Полагаю, тебе не нужны лекции об опасностях ведения малого консалтингового бизнеса в Подземном мире. – Он помолчал. – Но ты же будешь скучать по академическому миру, правда?

— Да. Меня увлекают исследования и анализ. Ощущение открытия. В этом и заключается миссия академического мира. Корпорации и предприниматели нацелены на прибыль и опережение конкурентов. У них разные цели. Разные менталитеты.