Каждый сам выбирает, к чему прикладывать свои способности — этот субъект пошёл по лёгкому пути убийств, за что и потерял кисть. Я срубил её на реакции, чтобы ассасин не вытворил чего похлеще. Она шмякнулась на дорогу вместе с перчаткой, а сам недомаг бухнулся на колени.

Его талант мог работать и без усилителя, но для этого убийце-мяснику не хватало знаний и практики. Да и зачем оно ему? Когда и так всё работает исправно. Стоит признать, подосланный душегуб не заголосил как резанный, а беззвучно валялся в ногах, баюкая обрубок. Справившись с шоком, с красным от потуги лицом и со сжатыми зубами, он немедленно снял с себя ремень, чтобы остановить кровотечение.

Стоя рядом, я нагнулся и высвободил вторую перчаточку от безжизненной кисти, а потом отфутболил её в канаву, где она упала в канализацию.

— Кто тебя послал?

— Лекарство, мне надо выпить лекарство, остановить кровь… — умолял убийца.

— Никаких лекарств, пока не расскажешь мне всё, — я отобрал у него подозрительную склянку, что вполне могла быть ядом.

Зная их тягу к красивому уходу из жизни после неудачных покушений, я сразу же её отобрал и заставил вывернуть все карманы.

— Отбрось от себя нож.

Тот вытащил из голенища оружие и сделал, как я сказал. Я присмотрелся к склянке — очень похоже на стяжень.

— Мне нет смысла выдавать заказчика, — выдавил из себя мужчина.

Так-то он прав — не надо изобретать велосипед. Через пять минут он будет не жилец, если не раньше. Вон как побледнел, из артерий и вен кровь быстро покидала его тело.

Я залез во внутренний карман и закинул туда склянку.

— Хорошо, будь по-твоему, давай ладонь. Не бойся, не отрежу.

Продолжая держать правой рукой меч, я протянул ему сжатый кулак левой, и из него посыпалась струйка порошка.

— Омн, дурак ты парень, — облизывая кожу до мельчайшей песчинки, произнёс убийца и выдавил из себя улыбку. — Хрен тебе, а не имя, ха-ха-ха! Какая лёгкая смерть, — он зажмурился с улыбкой, приготовившись умереть.

Я терпеливо ждал, стукая кончиком меча по мостовой. Дзынь. Дзынь. Убийца развалился прямо на дороге в эффектной позе распятия. Нависнув над ним, я продолжал дзынькать. Один глаз приоткрылся.

— Ну шо там? Костлявая ещё не приходила? — поинтересовался я.

— Странно, должно было подействовать.

Я взглянул на наручные часы.

— Старик, сколько уже прошло?

— Минуты три как, — ответил ямщик и звучно отвинтил фляжку, ночка обещала быть интересной.

— Слышал? Вставай, хватит тут симулировать.

— Да как так то? — с обидой произнёс ассасин.

— А вот так, — я показал ему вместо склянки деревянный футляр со стяженем.

— Ты насыпал мне не того порошка?

— И, правда, как я мог?

— Но зачем?

Я положил обратно за пазуху лекарство, нагнулся, чтобы схватить за шиворот этого идиота, и одним движением поставил его на ноги.

— Чтобы ты ответил на мои вопросы. Хотя нет, я знаю, ты же у нас кодекс там какой-то чтишь. Так что я без твоей помощи справлюсь, Евгений Николаевич Катков. Полезай в кибитку, — приказал я ему.

При оглашении своего имени он как-то стушевался и если и хотел сопротивляться, то теперь понял, что о нём давно всё известно, потому смиренно послушался.

— Хороший мальчик.

— Кудысь? — сморщившись, спросил ямщик, от него пахло какой-то сивухой.

— Рындина знаешь?

— Как же не знать.

— К нему и вези.

— Далеко будет, за городом имение.

— А ты в резиденцию давай. Слышал, он часто в Ростове бывает, вот и проверим. Там твой хозяин? — спросил я Каткова, но тот смотрел только перед собой. — Молчишь? Ну, молчи, едем!

У меня не было слепка личности Рындина, чтобы проверить преданность убийцы, но аристократ уже замарался в одном эпизоде ранее, потому напрашивались параллели. Остальным баронам, наоборот, было выгодно дробление феода Черноярских — так их триумвират наберeт могущество. Я шёл на след денег. Кому выгодно — тот и спонсор «праздника».

Возница правил в центр города, а я держал на крючке своего пленника, готовый пустить в ход оружие. Рука у него больше не кровоточила и медленно покрывалась соединительной тканью, формируя рубец. С таким обычно ходят калеки, вот и этот субъект больше не сможет качественно выполнять свою работу. Разве что совсем уж явную мокруху.

Честно признаться, у меня было огромное желание прибить его на месте, но Рындин ведь пошлeт следующего, и этот поток мразей будет идти бесконечно. Денег у барона на десять жизней хватит, и для достижения своих целей он их не жалел.