Шрифт:
— Ну? — стараюсь, чтобы голос звучал уверенно, но выходит слишком резко. — Объясните, что это вообще было?
Артём сжимает руль, словно тот виноват во всём происходящем. На скулах желваки ходят туда-сюда.
— Я увидел её с другим. Понимаешь, просто опешил в тот момент… — он резко выдыхает.
— Я не мог иначе.
— Мы повздорили пару дней назад. Повод пустяковый. Она попросила подумать меня над своим поведением. И тут я вижу её, мило хихикающую с другим мужиком. Как еще я должен был поступить?
— То есть, — я поворачиваюсь к нему, — вы не придумали ничего лучше, решив выставить меня своей девушкой. Гениально.
В голове сразу возникает смайл #рукалицо.
— Знаю, — Чернов на секунду закрывает глаза. — И это была ошибка.
— Ошибка?! — я нервно смеюсь.
— А если бы кто-то из наших увидел?
Он резко поворачивается ко мне, и я замираю. Взгляд острый, слишком близкий. Практически ощущаю его теплое дыхание с нотами терпкого табака у себя на губах.
— Я не хотел втягивать тебя, Вика. Честно. Но теперь уже поздно.
Отвожу глаза, уставившись на свои колени. Пальцы дрожат, и я прячу их в карманы куртки.
— И что теперь? — мой голос звучит тише, чем я хотела.
— Теперь нам придётся притворяться, играть, — произносит Артём почти шёпотом.
Я поднимаю глаза и встречаю его взгляд. Сердце взрывается где-то в груди. В машине становится душно. Слишком тесно. Слишком близко.
— Играть? — выдыхаю. — В любовь?
Артём медлит, а потом наклоняется чуть ближе. Я чувствую запах его парфюма.
— Играть в то, что мы вместе, — его голос звучит низко, хрипло.
Моё сердце делает кульбит, и я хватаюсь за ручку двери, чтобы не показать, как меня трясёт.
— Вы с ума сошли…
— Возможно, — он откидывается на сиденье, но глаз не отводит. — Но иначе я не справлюсь.
Глава 3
Вика
Обычный день.
На улице легкий мороз, который уже пощипывает щёки и нос.
Всё таки зря я не взяла с собой шапку.
А все потому что проспала, и летала по своей комнате, как ужаленная в пятую точку.
Ночь после вчерашнего выдалась просто ужасной, подушка казалась каменной, а кровать подо мной была сделана, словно из битого стекла.
Да я в первую ночь, после переезда в общагу спала и то лучше…
Забегаю в универ, скидывая куртку прямо на ходу.
До пары осталось всего шесть минут, а мне еще нужно подняться на четвертый этаж.
В раздевалке уже ждет Галина Степановна, добрейшей души человек. Перехватив у нее номерок, швыряю куртку на стойку и кричу ей на первых ступенях лестницы:
— Вы лучшая, с меня кофе и вкусная булочка.
А дальше наступает рутина…
Лекции, конспекты, кофе на бегу. Всё так же. Всё привычно.
Только вот привычным этот день не был.
На паре по мировой экономике я впервые пожалела, что не села в самый последний ряд.
Аудитория устроена как трибуна в спортзале, ярусы уходят вверх, и с места преподавателя видно абсолютно всё… и всех.
Спрятаться невозможно.
Хотя я и попыталась, нет, правда, съехала чуть ли не на пол, надеясь скрыться за спинами впереди сидящих.
Бесполезно.
Артём Сергеевич прожигал меня взглядом так, будто вокруг больше никого не существовало.
Я чувствовала его глаза на себе каждую секунду.
Каждую.
Он пытается поджечь меня и пепел развеять по аудитории? Или он так усердно начал играть роль моего ревнивого парня?
— Вишня, — шепчет Светка сбоку, пока я делаю вид, что записываю формулу. Какая тут экономика… мне бы сейчас сидеть на паре «Медицина для чайников», ведь если я хлопнусь в обморок прямо сейчас, это будет позор. Нужно как то успокоить свое сердце, которое решило пуститься в галоп…
— А что это он так на тебя смотрит? — продолжает Светик.
Я дёргаюсь, чуть не уронив ручку.
— Ничего… Тебе показалось.
— Ага, — Поли, сидящая позади, наклоняется и усмехается.
— Конечно показалось. Только я тоже это вижу.
Жара горят не только щеки, но и глаза.
Вокруг слышатся тихие смешки.
Я опускаю голову так низко, что готова уткнуться в учебник носом, лишь бы не встретиться с его глазами снова.
Но не выходит.
Он продолжает смотреть. Слишком долго, слишком пристально.