Вальд знал друга лучше всех, потому сразу сообразил, что сейчас нужно подчиниться. Тут уже не друг, а верховный вождь гарлов. Молча поднялся, поклонился и вышел. А Лат так и остался сидеть за столом, подперев подбородок рукой. Ему было о чём подумать.

Отдыхала Элайна недолго, уже через два часа, когда начало темнеть, поднялась и отправилась в госпиталь. С удивлением заметила там некоторых леди из цитадели. Молча раскланялись и приступили к своим делам. Попытку побывать в местах боёв она даже не предпринимала, понимая, что сейчас её туда не отпустят даже под охраной всех гвардейцев герцогства. Темнеет, и разрозненных отрядов гарлов, оставшихся в окружении, полно шастает по улицам. А в госпитале уж не до разговора, дел тут полно. Правда, на этот раз никто выкладываться по полной ей не дал. Уже через три часа врач настойчиво велел маркизе отправляться отдыхать…

— А то капитан мне голову свернёт, если вы в обморок упадёте от переутомления, — честно признался он.

— Ваша голова нам ещё пригодится, — заметила Элайна, сама чувствуя усталость. — Хорошо. У вас есть тут комната? Не хочется никуда ехать.

— Конечно. Приготовили специально для вас, леди. Никто бы вас на ночь не отпустил, пусть ворота цитадели и недалеко.

А вот утром Элайна уже настояла на посещении места прорыва гарлов. Капитан хоть и был против, но вслух ничего не сказал, хотя сопровождение усилил.

На стене уже начался разбор тел. Подошедшие горожане неторопливо разделяли тела своих и врагов. Элайну заметили. Раскланивались. Девочка кивала, шла дальше, всматриваясь в лица погибших. Прошла по той улице, по которой проходило отступление. Именно её ей показывал капитан в своё время. Говорил, что после прорыва ополчение отойдет здесь. Тел тут было особенно много. Гарлы явно напирали тут с особенным напором, пытаясь уничтожить защитников. И хоть узость улицы давала преимущество обороняющимся, но гарлы были более умелы и их было много.

Тут Элайна вздрогнула и быстро обошла несколько тел, мельком отметив, что трупы уже не вызывают у неё никаких эмоций. Разрубленные тела, мозги на стенах и камнях улицы… всего лишь элемент пейзажа. Присела и, напрягшись, сдвинула тело гарла в сторону. Под ним обнаружилось ещё одно лакийца, причём вооружение у него было явно лучше, чем у ополченцев. Элайна выпрямилась. Гвардеец подошел ближе, присмотрелся.

— Вы его знаете, леди?

— Барон Харт Тангс, — глухо отозвалась Элайна. — Друг Картена. Вызвался командовать здесь ополчением, чтобы обеспечить отход в нужный момент. Он знал об операции. Судя по всему, он и прикрывал отступление.

Гвардеец молча склонил голову и снял шлем. Элайна последовала его примеру, тряхнув головой и распрямляя волосы. Убирать их не стала. Оглянулась.

— Попросите кого позаботиться о теле.

Гвардеец кивнул, а Элайна пошла дальше. Приходилось кивать и улыбаться выжившим, благодарить их за отвагу. А в душе был мрак. Приходилось делать усилие, чтобы посмотреть в лица людей, которых сознательно подставили под удар гарлов и обрекли на смерть. А те радовались, что сама маркиза пришла посмотреть на них. Лично благодарила, жала руки, помогала с ранеными, которых находили… По возвращению девочка явно с трудом удерживала себя в руках, чтобы не впасть в истерику. Капитан, заметив состояние маркизы, заставил её выпить настойку успокоительного, а потом передал с рук на руки маркизе Охластиной, которая тоже не церемонилась. Прогнав всех слуг, лично раздела Элайну и сунула её под одеяло, сама села рядом, держа за руку.

— У тебя всё ещё есть совесть, — слабо улыбнулась маркиза старшая маркизе младшей. — Надеюсь, она у тебя и останется. Что бы там ни считали в высшем свете, но это твоё преимущество перед всеми.

Поймав вопросительный взгляд девочки, маркиза усмехнулась.

— Капитан вкратце просветил меня по поводу происходящего, иначе как я могла бы тебе помочь, не понимая? Я ему ещё потом выскажусь по поводу тех решений, что должна принимать маленькая девочка.

— Я командующий, — хрипло отозвалась девочка. — Я должна…

— Заткнись, командующий, — не очень вежливо отозвалась маркиза. — Единственное, что ты кому должна, — это своим родителям вернуться к ним живой и здоровой. А это игры мужчин, вот пусть они в них и играют.

— Я…

— Спать! — рявкнула маркиза Охластина. — В тебя столько успокоительного влили, а ты до сих пор не спишь ещё… Просто поразительно… Леди, нельзя всё так близко к сердцу принимать. Никаких нервов не хватит. Вы сделали то, что должно. И этим спасли очень много жизней.

— Я прикажу всех защитников той стены вписать в список почетных горожан навечно… Их семьям будет помощь… — с каждым словом Элайна говорила всё тише и тише, пока её голова окончательно не склонилась, а глаза не закрылись. Вскоре девочка уже посапывала в две дырочки…

Маркиза, глядя на спящую Элайну, покачала головой.

— Просто поразительно, что она всё ещё сохраняет умение сопереживать другим… Какой идиот распускал про неё все те слухи?

— Сама она и распускала.

Маркиза вздрогнула и обернулась. В дверях стоял капитан и глядел на девочку.

— Капитан…

— Тише, маркиза, разбудите. Я не стал стучаться, надеялся, что она уснула уже, так зачем тревожить? Я тоже волновался…

— Что там вы говорили по поводу слухов?

— Говорю, сама их и распускала. Нельзя сказать, что они все неверны. Она действительно творила то, что ей приписывали. Просто в реальности всё было весьма невинно и, в общем-то, безобидно. По слухам же маркиза Райгонская чуть ли не исчадие ада, издевающееся над всеми…