— Отлично. Я обещаю.

Она действительно была ужасной лгуньей.

Даже не имея возможности прочесть ее эмоции, Киф мог сказать, что она ни за что не сдержит свое обещание.

А это означало, что пришло время менять планы, хотя у него едва хватило времени все обдумать.

— Очевидно, ты все еще не поняла, что нельзя лгать Эмпату, — сказал он, чувствуя, как его губы растягиваются в улыбке, когда он осознал реальность того, что собирался сделать. — Так что, полагаю, у меня остается только один вариант.

— Подожди, куда ты идешь? — спросила она, когда он направился в свою спальню.

— Забрать свои вещи. Я иду с тобой.

Глава 40

— Ух ты, неужели я действительно это делаю? — спросил Киф, шаря по комнате и торопливо набивая свою новую спортивную сумку всякими маленькими человеческими закусками и сувенирами, которые он накопил, а также дневниками, альбомом для рисования и картами.

Он понизил голос, надеясь, что никто не услышит, как он сомневается в принятом решении, тем более что он не собирался менять свое решение.

Он не мог.

Но, ого, неужели все произошло так быстро!

Пару часов назад он прикидывал, в какой из человеческих городов ему хотелось бы отправиться — именно с Альваром Васкером, а не с кем-либо другим, — и пытался подготовиться к будущему, наполненному множеством неловкой лжи.

И вот теперь…

Фостер была там… вместе с Дексом и Челкой.

У него из груди вырвали какой-то странный трекер теней, потому что его мама всегда могла опуститься до нового уровня жути.

И он направлялся обратно в Затерянные города.

Не то чтобы он не доверял своим друзьям или думал, что они не справятся с этим ужасающим новым проектом без его помощи.

Честно говоря, им, вероятно, было бы лучше без него.

Но… ему нужно было убедиться, что они не пойдут на огромный, ненужный риск, пытаясь его вылечить.

Даже если бы существовал третий шаг к Стелларлун.

Даже если без этого его способности никогда бы не заработали должным образом.

Ничто из этого не стоило тех кошмаров, которые могли бы случиться, если бы этот ужасный новый источник энергии попал не в те руки.

И поскольку он больше всего пострадал бы от его разрушения, именно он должен был его уничтожить.

Он просто жалел, что у него не было больше времени, чтобы тщательно продумать формулировки, которые ему понадобятся, чтобы защитить все свои новые страшные секреты, особенно учитывая все те ошибки, которые он уже допустил.

И он хотел бы, чтобы у него был какой-то четкий контроль над своими новыми способностями.

Он также пожалел, что у него нет какой-нибудь эльфийской одежды, чтобы переодеться, но он оставил тунику и штаны, которые были на нем, когда убегал, в хижине отца, так как они были мокрыми и грязными после крушения лодки с водопадом.

Так что, очевидно, он вернется в Затерянные города в темных джинсах и своей любимой синей толстовке с капюшоном.

Но если честно? Это действительно было похоже на правду.

Небольшое доказательство того, что он уже не тот парень, каким был, когда сбежал.

В конце концов, он больше не был так напуган.

Он также научился нескольким трюкам.

И… у него было гораздо больше секретов, и скрывать их было одной из самых сложных задач, которые ему когда-либо приходилось делать.

Возможно, именно поэтому он упаковал остальную свою человеческую одежду, на случай, если она ему понадобится.

Наверное, для всех было бы безопаснее, если бы он задержался здесь только на то время, чтобы уничтожить источник энергии, а затем исчез… по крайней мере, до тех пор, пока не настанет время для окончательного выяснения отношений с дорогой мамочкой.

И тогда ему не придется все время лгать.

Но…

Он был уверен, что никто не простит ему, если он снова сбежит.

На самом деле, было не совсем ясно, простили ли его за побег в этот раз.

Киф был на тысячу процентов не в восторге от того, что не мог читать эмоции Фостер, особенно после того, как выяснилось, что она на самом деле довольно хорошо умела скрывать свои чувства.

Он всегда думал, что сможет прочесть все ее внутренние переживания, изучая маленькие морщинки вокруг глаз и на лбу, но, как оказалось, он полагался на бомбардировку чувствами Фостер гораздо больше, чем предполагал.

Или… она сейчас очень усердно работала, чтобы держать свои эмоции под контролем.