— Дайте мне десять минут наедине с сестрой, и я расскажу вам все то, что рассказал князю Грозовому, — пообещал Магистр. Или информация из провинции еще не дошла до столицы, или британец вздумал сыграть с ним в какую-то игру.

— Хорошо, — согласился Борден.

Он извлек из кармана пиджака белоснежный носовой платок, развернул его и помахал им в воздухе, подавая знак кому-то в посольстве. Может быть, стрелкам или группе захвата. А может быть, тем, кто сейчас сторожит Катерину. Внутренне Магистр был готов к любому варианту.

— Через несколько минут вы увидите вашу сестру.

— Отличный выбор, — сказал Магистр и глотнул чая.

— Должен заметить, вы ведете себя не так, как я ожидал, — сказал сэр Гарольд. — Отнюдь не как двадцатипятилетний юнец, впервые угодивший в переплет.

— На Изнанке я прошел через многое, — сказал Магистр, ни на йоту не отклоняясь от истины. — Так что можете считать, что я постарше.

— Хладнокровия вам точно не занимать, — сказал сэр Гарольд. — Я заметил это еще во время нападения монстра на приеме у Волконских.

— Это был не самый страшный монстр из тех, что мне довелось видеть.

— Хотите сказать, что самые страшные чудовища — это люди? — понимающим тоном спросил Борден.

— О, нет, что вы, — сказал Магистр. — Просто на Изнанке встречаются такие хтонические создания, по сравнению с которыми существо, что вы прикончили, выглядит безопаснее маленького щеночка, у которого еще и зубы толком не прорезались.

— Вот как? — в голосе герцога Эссекского проскользнули нотки недовольства. Видимо, ему показалось, что Магистр принижает его вчерашний подвиг. — И что же вы делаете при встрече с подобными созданиями?

— По ситуации, — сказал Магистр. — Чаще всего просто убиваю.

— Огнем?

— Чем придется, — сказал Магистр. — А все же, почему именно моя сестра? Судя по тому, что ее совсем недавно забрали из монастыря, вы вряд ли встречались раньше и речь не идет о внезапно вспыхнувшей между вами большой и чистой любви. Земель у нашего семейства мало, по крайней мере, чтобы заинтересовать ими такого джентльмена, как вы, влияние еще меньше… В чем же ваша выгода от этого союза?

— Если вам так любопытно, то мы можем продолжить этот разговор позже, — сказал сэр Гарольд. — После того, как вы поговорите с Екатериной. Вон, кстати, и она.

Магистр ожидал любых сюрпризов.

После монаха и губернатора он был готов к тому, что сестра Андрея окажется двойником одной из знакомых ему женщин, и не удивился бы даже в том случае, если бы она оказалась копией Дщери или даже Немезиды. Но девушка оказалась ему незнакома.

Она была похожа на Андрея, высокая, статная. Она носила простое платье, больше подходящее горничной, чем невесте британского герцога, длинные русые волосы собраны в хвост. Она была красива, но не настолько, чтобы ослепленный ее внешностью английский лорд решился бы на брак, не имея на это каких-то других причин.

— Вы смотрите на нее так, как будто видите в первый раз, — заметил сэр Гарольд.

— Мы слишком долго были в разлуке, — сказал Магистр. — Оставите нас наедине?

— Разумеется, — сказал сэр Гарольд. — Десяти минут вам будет достаточно?

— Вполне, — сказал Магистр.

Герцог встретился с невестой на выходе из беседки, и вежливо ей кивнул. Она склонилась в легком поклоне, потупив взор. Особой любви и нежности Магистр не заметил ни с одной из сторон, но это его не удивило. Аристократы редко могут позволить себе такую роскошь, как брак по собственному желанию.

Только оказавшись в беседке, Катерина увидела, кто ее там ждет, и ее брови изумленно взлетели вверх.

— Андрей?

— Привет, Катя, — сказал Магистр.

Она бросилась к нему в объятия, и Магистр дружелюбно похлопал ее по спине, искренне надеясь, что она не будет рыдать. Женские истерики занимают много времени, а герцог обещал предоставить им всего десять минут.

Она отстранилась, сделала шаг назад.

— Дай хоть на тебя посмотреть. А ты изменился, Андрей. Возмужал.

— Много времени прошло, — сказал Магистр.

— Годы… — улыбка исчезла с ее лица. — Но как ты здесь? Какими судьбами? Неужели князь Грозовой тебя отпустил?

— Князь Грозовой больше не принимает участия в моей судьбе, — сказал Магистр.

— Как же так?

— Он умер, — сказал Магистр, не став ходить вокруг да около.

— А его сын?

— И его внук тоже, — сказал Магистр. — Было восстание крепостных, и мы победили.

Ее лицо исказилось от ужаса.

— Что же теперь с тобой будет?