Много слухов, много противоречий, из-за которых на нас смотрели как на врагов со всех сторон. Детей теперь прятали при виде нас, отворачивали, и многие пялились так, словно были готовы в любой момент вытащить клинок и броситься в бой. Впрочем, идущий рядом с нами княжич Илларион отбивал любые желания сделать глупость у простых эльфийских мужей.

Сын Аэлорина сопровождал нас в резиденцию. Молодой эльф был вежлив как никогда и сдержан. Он явно не знал, как себя вести с людьми. Нервничал и не показывал и капли той эльфийской хладнокровности и надменности.

Он видел каждого из нас в бою. Понимал, что мои спутники как минимум равны ему по силе. А ведь он княжич! Чуть ли не с пелёнок рос в уверенности, что лучше него только пара других эльфов. А тут реальность проехалась по его сознанию стальным катком. Это тоже давило на него.

Он разместил нас в отдельном крыле княжеской резиденции, выделил слуг, предоставил возможность есть, пить и делать всё что угодно. Даже рисовать картины и читать книги. И целый отряд музыкантов поселил рядышком, чтобы они нас веселили и радовали эльфийскими композициями во время еды. И больше всех это понравилось Алисе.

Когда Илларион увидел мою покровительницу впервые и осознал, что всё это время рядом с нами была ещё одна помощница, ему стало плохо. Если бы не стоявшая рядом с ним жрица той богини, что вселилась в её коллегу и аватаром носилась по эльфийским лесам, он бы гарантированно поднял тревогу. Но она объяснила, что кому надо, тот в курсе. Нечего шум поднимать и эльфов тревожить ещё больше.

— Алиса, закажи какую-нибудь музыку! — попросил я разок у неё во время обеда.

— Легко! Эй, ушастики, ну-ка, гряньте нам что-нибудь! — прокричала она и вгрызлась в окорочок.

— Что, уважаемые, сыграть?

— Только не про «собака крымский царь», — ответил я, вспомнив одну из самых любимых комедий наших дедов.

Эльфы моей отсылки, конечно, не поняли…

— Что нравится самим, то и играйте, — пожал я плечами.

А уже вечером к нам, скучающим от безделья, вместе с очнувшимся и офигевающим от всего происходящего Тобиасом примчался Илларион.

— Мой отец просил передать, что корабль будет готов, как только он вернётся из столицы, — сказал он, входя к нам в гостиную. — Прошу набраться терпения. Я не могу принять такое решение самостоятельно.

Я кивнул. Понимал его положение. Дать корабль людям без разрешения отца, тем более в такое время, было бы опрометчиво. Хотя я просил князя! Дважды!..

Дни тянулись медленно. Мы ели, отдыхали, приводили в порядок экипировку, тренировались. Я день ото дня попивал кровушку своих друзей. Они уже привыкли. Но пользы было мало. Рандом, чтоб его, был против того, чтобы я стал сильнее. Всего одна особенность выпала, да и то сомнительного качества. Ну, если сравнивать с теми, что у меня были. Так-то никто не отказался бы такую получить.

Крепкие суставы:

С самого детства вы были чрезвычайно активным ребёнком и неосознанно натренировали тело так, чтобы не получать травм от головокружительных прыжков, стремительных рывков и бега

Шанс травмы сустава уменьшен на 50%

Ловкость +5%

Тобиас окреп, начал выходить на прогулки. Даже пытался с нами тренироваться. Но ужас, пережитый за время плена, конечно, сделал из него не бойца, а грушу для битья…

Мы много с ним общались. Он рассказал свою историю, как на самом деле попал в плен к эльфам… К слову, как бы эльфы себя ни выгораживали, говоря, что он осуждённый разбойник, а факты говорили об обратном. Он был с купеческого судна, что слишком близко оказался у эльфийских берегов. Причём случайно.

Они знали, что это опасно, и не собирались приближаться к берегам эльфов. Но шторму обычно плевать на планы мореплавателей.

Я использовал Тобиаса как учителя эльфийского языка. Мы разобрали парочку книг из личной библиотеки князя. Он с удовольствием читал, я с не меньшим удовольствием пытался читать и приставал к нему с вопросами по их языку. Многие витиеватые надписи было тяжело понять даже с «Глубоким анализом». Они же все от руки написаны… И порой даже эльфы пишут как курица лапой.

В один из таких вечеров к нам прибыли «гости», по своей сути являющиеся одними из самых важных шишек в этих землях…

Они пришли вечером. Тарн, эльфийка-маг, командир Имирэн и князь Аэлорин. Нас попросили собраться в зале. Я пришёл с Машей, Мэдом и Тобиасом. Варги остались снаружи: их присутствие задевало нежную эльфийскую душу. А феи не полетели сами. Они ещё дулись на эльфов за то, как те с ними обошлись.

Тарн выглядел усталым, но вполне довольным. Князь Аэлорин был серьёзен. Имирэн стоял с каменным лицом. А эльфийка-маг… Она смотрела на меня виноватым взглядом.