Всё произошло за мгновение. Так быстро, что мозг не сразу осознал увиденное.

Эльфы не поверили в то, что произошло. Как и я, как и Тарн. Гвардейцы выхватили оружие с коротким запозданием, оглядываясь в поисках врага. Тарн взревел. Его рёв был полон ярости и боли. Зубролень шарахнулся в сторону и умчался в лес, сбивая с ног эльфийских защитников.

А перед нами, прямо между отрядом короля и оставшимися на поле боя избранными, словно вырастая из теней, материализовалась фигура. Человекоподобная, но что-то в ней было глубоко неправильным, чуждым.

Чёрный капюшон скрывал голову, но лицо было скрыто не тканью или маской, а живой тьмой, что клубилась и шевелилась, словно имела собственную волю. Только фиолетовые глаза светились в этой темноте, холодные, бездушные, полные древнего зла. В левой руке фигура держала корону Авиля. В правой руке был посох, длинный, чёрный, источающий тёмный дым, что стелился по земле.

— Эх, а как всё хорошо начиналось… — Голос был холодным, хриплым, будто из самых глубин какого-нибудь склепа. — Я так надеялся, что вы перережете друг друга сами. Это было бы красиво, изящно, поэтично. Но, как обычно, слабакам вроде вас не хватило решимости довести дело до конца. В отличие от меня…

— Что он говорит? — спросила Маша, крепко хватаясь за оружие.

— Пока больше похоже на бред… — ответил я. — Потом переведу. Готовьтесь, если что, отступить.

— Принято, — кивнули Маша с Мэдом.

Гвардейцы попытались двинуться вперёд на неизвестного врага, по шкуре Тарна вновь потекли зелёные ручьи символов, я на полную включил «Глубокий анализ», становясь между моим отрядом и неизвестным убийцей.

— Благодарю вас за весёлое представление, за это шоу, — продолжала фигура, раскланиваясь с издёвкой. — Смотреть на ваши жалкие попытки договориться было весьма занимательно. Но, увы и ах, наше время истекло. Но мы не прощаемся навсегда. Лига Теней сделала лишь один из первых шагов. Грядёт тот час, когда мы займём заслуженное в этом мире место. Оно уже близко! Настолько, что вскоре каждый из вас ощутит дыхание перемен на своих шеях.

Фигура подняла посох высоко над головой. Эльфы пытались приблизиться к нему, но их ноги увязали в чёрной жиже, а стрелы блокировались сферой, окружавшей неизвестного нападавшего из Лиги Теней.

Чёрный дым взорвался волной, растекаясь по земле, поднимаясь в воздух. Тьма становилась плотнее, материальнее, обретая форму когтей и клыков.

— До скорого, мои хорошие. В следующий раз будьте более решительными! Особенно ты! — посмотрел он на меня. — У тебя такие потрясающие перспективы, чтобы стать кем-то большим! Быть может, даже одним из нас… — Фигура рассмеялась, звук был похож на скрежет металла по камню.

— Можешь даже не мечтать. Ненавижу ублюдков вроде тебя.

— Да? Жаль… Тогда сдохни вместе с эльфийскими слизнями! Наслаждайтесь моим подарком! Пред Лигой все равны! — произнёс психопат, притянул к своей руке голову почившего короля эльфов и поставил её на место поднявшемуся телу правителя.

Тьма окутала шею и, словно клей, срастила части тела. Голова начала дёргаться. Глаза резко открылись, но были полны тьмы и злобы.

Вместе с этим из теней деревьев начали выходить фигуры. Десятки, сотни силуэтов, состоящих из живой тьмы. Они не шли, а скользили, их движения были неестественными, словно они не подчинялись законам физики. Просто тёмные силуэты, которые вдруг обрели форму и стали материальными. Их будто нарисовали на листе бумаги, а затем оживили и придали объём их изображению.

Они растаяли чернильной рекой и хлынули к телам погибших эльфов. Ожившая тьма заклубилась, окутывая их и проникая внутрь через раны.

Тела зашевелились. Руки хватались за землю, ноги дёргались. Головы поворачивались с хрустом. Погибшие поднимались и хватались за оружие. Но в этот раз их целью были все мы — те, кто был до сих пор жив.

— НЕЖИТЬ! УНИЧТОЖИТЬ! — закричала магиня, окутывая своё тело белоснежным пламенем и испепеляя первого попавшегося на пути эльфа, воскрешённого некромантией.

— Удивительное у эльфов гостеприимство… — тяжело вздохнул я и выставил перед собой меч, что внезапно покрылся зелёным пламенем.

«Это уж точно… Уши бы им подровнять, да у нас проблемы посерьёзней…» — произнесла вернувшаяся Алиса.

Мертвецы… Видеть мёртвых эльфов — это одно. Убивать их своими руками — другое. Убивать их снова, после того как, казалось бы, всё уже позади, — вообще отвратительно.

В прошлой битве, какой бы глупой, внезапной и бессмысленной она ни была, нами всеми двигали честь и желание защитить своё. Здесь же нам приходилось сражаться с безвольными марионетками, жертвами чужой воли.

Мой призыв корнелюдов и Дендроида затрагивал природу и был в чём-то схож с этой омерзительной техникой Лиги Теней, но после битвы у моих природных помощников был шанс на нормальную жизнь. Дендроид возвращался на место, ожившие деревья закапывались корнями и восстанавливали повреждения. Корнелюды… Они вовсе не уничтожали баланс живого мира. Это была жертва леса, часть его корневой системы, что пришла на битву под воздействием моей магии и воли.

Воскресших же эльфов, в чьи тела вселилась густая, безобразная тьма от опухших теней ждало ничто. Даже похоронить их нормально не сможем…