— Никаких подвохов, — мягко улыбнулась она. — Мы подпишем с тобой договор, где ты обязуешься выполнить свою часть сделки. Если не справишься…

— Никаких договоров подписывать не буду, — перебил я.

— Тогда отправишься в рабство! — рявкнула она, заводясь.

— Да пожалуйста, — сложил я руки на груди. — Хотите взять меня в ученики — так берите нормально. Иначе ничего не получится. Вы же умная женщина, тётушка, должны это понимать, — усмехнулся я.

Про себя подумав, что обещать этой вредной тётке можно что угодно, а как представится шанс — сбегу. Мне бы за город выбраться, а там в лесу пусть гоняется, сколько хочет. Раз уж на островах не нашла, то на большой земле и подавно не сыщет.

— Ещё раз назовёшь тётушкой… — сказала она ледяным тоном, но продолжать не стала. — Дам тебе последний шанс. Где мои гарантии, что ты не сбежишь? Договор бы решил этот вопрос.

Вопрос логичный, и я не спешил на него отвечать. Лжец из меня, подозреваю, откровенно плохой. Да и вряд ли эта злая женщина настолько наивна, чтобы поверить в обычные слова.

— Я заинтересован в обучении, — нашёл я аргумент. — У меня есть сила, но не хватает техник и знаний. Моя выгода — ваша выгода.

— Ты можешь получить знания и сбежать до соревнований, — парировала она.

— В отличие от вас, я воспитанный человек, — продолжил я улыбаться как ни в чём не бывало.

— Думаешь, оскорбления тебе помогут?! — вспыхнула она.

— Я всего лишь говорю, как есть. Не я же бью стариков и детей.

— Ага, ты бьёшь молодых женщин, — уела она меня. — К тому же ты культиватор. А если так, возраст не имеет значения. Особенно если сам бросил вызов.

— Так мы с вами не договоримся, — вздохнул я. — Я вам не верю. Очевидно, вы хотите меня облапошить.

— Облапошить? — рассмеялась она. — Мальчик, я тебе прямо говорю. Не окажешься полезным, я своё всё равно получу. Выжму тебя досуха. Если потребуется, на органы продам. Не в том ты положении, чтобы спорить.

— А вы всерьёз думаете, что я буду ради вас стараться, если принудите?

Ариана нахмурилась, задумалась.

— Наглости у тебя много. Что насчёт таланта? Сможешь победить в соревнованиях?

— В чём надо соревноваться?

— В боях.

— Я не люблю драться.

— Что за бред?

— Не бред, а мой жизненный путь.

— Не любишь драться, а вызвал меня на поединок.

— Что мне ещё оставалось?

— Ты сейчас всерьёз убеждаешь меня, что бесполезен? Ради чего тогда Потий тащил тебя с собой? Не совсем же он идиот, думая, что бесполезный талант решит его проблемы.

— Уж точно не ради поединков он взял меня в ученики, — ответил я.

— Не алхимик же ты, — рассмеялась она.

Отсмеявшись, она что-то заметила на моём лице и нахмурилась.

— Вот оно что, — протянула женщина и расплылась в улыбке. — Понятно теперь, почему старик так психовал. Значит, талант к алхимии у тебя есть. До какого уровня башни дошёл?

— Башни?

— Ой, не ври! — отмахнулась она. — Такая сопля, как ты, ещё и врать будет!

— Три уровня прошёл.

— Снова врёшь.

— Тогда два.

— Я сейчас тебе врежу, — пообещала она. — Правду я всё равно узнаю. Мне несложно разузнать, что Потий продавал. Ты наверняка не удержался и продал часть своих поделок. Так ведь, мальчишка?

— Узнавайте, — равнодушно пожал я плечами.

С последних уровней я ничего не продавал.

— Ты всё усложняешь. И ради чего? Я тебя не заковала в цепи по двум причинам. Ты продемонстрировал владение тремя стихиями, — загнула она палец. — И показал высокий контроль над чужой стихией, — загнула она второй палец. — Этого достаточно, чтобы я отнеслась к тебе нормально и предложила сделку.

— Нормально — это отравить, чтоб не сбежал?

— Я слабая женщина, — потупила она взор. — Нужно же мне защищать свои интересы.

На языке так и вертелось что-нибудь резкое да обидное, но я промолчал. Нужно с ней как-то договориться, выгадать момент и бежать. Оскорбления мне никак не помогут.

— Скажу прямо, — выставила она палец в мою сторону. — Если ты алхимик, твоя ценность значительно возрастает. Во всех смыслах.

— Опять угрозы? — нахмурился я, чувствуя в её словах подвох.

— О, наивный мальчик, — подалась она вперёд. — Молодым алхимиком много кто заинтересуется. Ты тут мне заявлял, что не будешь работать из-под палки. Уверен? А если тебе отрубить ногу, чтоб не сбежал, и пытать, чтобы посговорчивее стал? — спросила она зло. — Долго протянешь? Взгляд упрямый, думаешь, что долго. Но я могу продать тебя таким людям, знаешь, — пощёлкала она пальцами, — которые будут убивать бесполезных рабов, чтобы подстегнуть тебя. Ты ведь добрячок? Не хочешь, чтобы из-за тебя гибли невиновные?