— Умри, выродок!- воскликнул он, вонзая меч мне в грудь.

Закаленное оружие звякнуло при ударе о мантию и, согнувшись дугой, сломалось.

Вокруг горящего костра царила тишина. Мелькир растерянно глядел на остатки меча в руке, его подчиненные замерли с открытыми ртами.

Но так продолжалось лишь долю секунды. В следующий момент Мелькир сорвал с шеи амулет и бросил его в меня.

Огненная вспышка произошла, когда я уже был под защитным куполом.

После того, как его убрал, обнаружил, что вокруг разбросаны окровавленные останки моих охранников. Ни одного выжившего. А от их командира остались только ноги в сапогах.

Убирать я ничего не стал, печально вздохнув, перешел в пространственный карман. Перед дальней дорогой следует отдохнуть.

Серебряная шахта обогатит первого старателя, наткнувшегося на нее. Не буду же я ждать, когда голем ее снова закопает. В доме первый раз выспался, как нормальный человек, не тратя сил на сторожевые плетения и защиту.

Утром после обильного завтрака вышел из кармана, полюбовался при свете дня на останки своей охраны, лежавшие нетронутыми, лишь одна нога Мелькира исчезла. Видимо ночью ее утащил какой-то хищник. Вторая еще валялась у костра. Не сомневаюсь, что ее тоже съедят в ближайшие дни, как и останки других охранников. Лошадей в пределах видимости не наблюдалось, видимо в течении ночи табун куда-то ускакал.

Радовало одно, ехать на лошади, или идти пешком не придется. Выбор пришлось делать между полетом на аэробайке, и левитацией. Постояв в раздумье, все же уселся в аэробайк, решив лететь на нем дальше в горы, где царит вечная зима. Все же его скорость гораздо выше моего тихоходного полета. А уж в горах начну методично обследовать те места, в которых еще не бывал в прошлые годы.

Четвертый месяц пошел с того времени, как я остался один и планомерно передвигаюсь по горам в поисках центра связи Предтеч. Ну, не совсем один. В капсуле долгим сном спит Герна, двухсотлетняя магесса из города Дольска и моя жена почти семьсот лет. Интересно, есть ли где-нибудь еще такие долгоживущие парочки. Хотя ходили у нас на крейсере слухи, что аграфы практически бессмертны, возможно, у них имеются такие заслуженные долгожители.

Если удастся вырваться с Эрипура, возможно узнаю об этом подробнее.

Иногда меня так и подмывает разбудить жену и поговорить о давно прошедших временах. Но по здравому рассуждению эти мысли выкидываю из головы. Все мои воспоминания о Герне заканчиваются на том времени, когда ей было двадцать лет. Какой она стала спустя двести лет на момент ухода в стазис, трудно представить, но ясно одно, той девушки, которую я знал, больше нет.

Поэтому точно знаю, что мне мало не покажется, когда ее разбужу. Понятное дело, что при всей своей девичьей внешности, душой она далеко немолода. Я вот не такой, я мужчина в самом расцвете сил, хоть и старше на пятьсот лет. Так, что отложу я пока это дело.

А времени до катастрофы оставалось все меньше и меньше. И хотя я осмотрел уже не одну тысячу квадратных километров предгорий в поисках базы Предтеч, впереди их лежали миллионы. Поэтому, чувство безнадеги все чаще посещало мою голову.

Выйдя в очередной раз из пространственного кармана, где ласково светило теплое земное солнце, я поежился. С серого неба падал колючий снег, бьющий в лицо. Машинально создав щит, я полетел дальше над глубоким снежным покровом, периодически шаркая по нему берцами. Здесь на высоте шесть тысяч метров над уровнем океана, дождей никогда не бывало. А толщина снега и льда достигала почти двухсот метров.

Неосторожно зацепив ногами слежавшийся фирн, я резко поднялся, но было уже поздно, фирн зашуршал и, набирая силу, посыпался вниз по склону, собирая в поток новые снежные пласты. Поднявшись повыше, я равнодушно наблюдал за началом очередной лавины.

Сколько их было за эти месяцы не сосчитать, они уже стали банальностью путешествия.

Но эта лавина оказалась особенной. Когда ушедший снег открыл зеленоватую поверхность ледника, и я, было, собрался опуститься на него, раздался громкий треск по поверхности льда побежали трещины, они начали расти вглубь и вширь и вскоре миллионные тонны замерзшей воды начали свой путь к подножию горы. Гляциология никогда не была моей сильной стороной, поэтому по какой причине ледник решил начать свое движение, мне было неясно. Не мог же я быть этой причиной? Вряд ли, ведь именно в этот момент я почувствовал мощное псионический импульс из подо льда.

Грохот стоял невыносимый, снежная пыль поднялась в воздух тучами, закрывая обзор. Вокруг резко потемнело.

На всякий случай поднялся выше. Движение ледника долго не продолжалось. Когда снежные тучи улеглись, я увидел, что огромное пятно диаметром километров шесть, освободилось ото льда, он весь сполз вниз, обнажив желтовато-серые скальные породы.

В центре этого пространства я с волнением увидел приземистый серебристый купол. Вокруг него фиолетовыми огоньками перемигивалось защитное поле,

— Неужели так просто? – потрясенно думал я. — Столько лет поисков, надежд и разочарований, и вот он центр, поднесен тебе на тарелочке.

Да, ну не может этого быть, ерунда какая-то, — убеждал я себя, не веря, что, наконец, нашел то, что искал не одно столетие.

Понаблюдав с минут десять за игрой огоньков в защите, я начал осторожно снижаться, сканирую пространство во всех диапазонах возможной ментальной атаки.

Однако, ничего не происходило. Я спокойно опустился на серую выщербленную скалистую поверхность и медленным шагом направился к куполу.