— Ваша Ия — наркоманка.

Эти ошеломляющие слова не только не испугали Геннадия, а даже вызвали хмурую улыбку. Докторша что-то путала. Встречал он женщин-наркоманок, опустившихся полусумасшедших девиц. Ия — наркоманка?

Помрачнев, Геннадий посоветовал:

— Доктор, такими ярлыками не бросаются.

— Молодой человек, мы специалисты и в своем деле разбираемся.

— Так что с женой?

— Похоже на абстинентный синдром. Попросту говоря, ломка. Правда, картина смазанная. Делаем анализы.

Сбиваясь и захлебываясь словами, Геннадий объяснял, что Ия могла надышаться тех препаратов, которые возила; что на здоровье никогда не жаловалась; что в ее организме не хватало адреналина; что жена впечатлительна до потери аппетита; что страдает бессонницей…

— Медицинской литературой интересовались? — спросила Локтева.

— У нас в квартире только «Энциклопедия незапрещенных психоактивных средств».

— Вот видите. Эта книга частного издания.

— Доктор, могу ее увидеть?

— Минут десять.

«Могу ее увидеть?..» Геннадий вошел в палату и сперва ничего не увидел. Кровать, столик, настенная лампа — все на миг слилось в белое покрывало. И в нем, в покрывале, как на овальной иконе проступило лицо Ии. Геннадий бросился к нему и прильнул губами к щекам, ко лбу, к волосам… Она что-то тихо говорила, но он не слышал, пока не осознал, что Ия жива.

— Родной, успокойся…

— Кто и что с тобой сделал?

— Гена, потом расскажу.

— Ия, ты — наркоманка?

— Наверное, — шепнула она.

— Нет! Когда, где?

Она заговорила, стараясь одеялом глушить слова. Но он расслышал бы и сквозь бетон.

— Гена, это завлаб, Марат Семенович.

— Что он, что?

— Я тебе говорила… Он работает над каким-то психотропным препаратом. И начал испытывать на мне.

— Делал уколы?

— Нет, клал в кофе.

— Тебе становилось плохо?

— Наоборот, а вот вечером и ночью…

— Ты ему жаловалась?

— Марат Семенович дал пузырек, по-моему, с эфедроном. Сказал, что поможет.

— Где этот пузырек?

— В ванной, в аптечке.

Геннадий вспомнил, что эфедрон очень сильный наркотик, для привыкания достаточно двух уколов, вызывает необратимые изменения в мозгу… Ии, видимо, было и сейчас нехорошо. Взгляд словно уходил в сторону, речь слегка растянута, движения рук порывистые, потому что ей, наверное, было тяжело их поднимать.

— Ия, а Варвара Артуровна?

— Заодно, они же родственники…

Геннадий спохватился. Надо спешить: он не знал, куда и зачем, но спешить надо. Он погладил ее волосы, светлую опушку по краям головы и поцеловал в сухие губы.

— Гена, если я умру, ты не страдай в одиночестве…

— Глупости говоришь…

— Ген, ты сразу женись.

Совет ему понравился, потому что уводил разговор в юмор, так сейчас нужный:

— Ия, а на ком?

— Гена, женщин много.

— Баб много, а женщин мало. Ия, жди меня завтра.

И он выскочил из палаты. Надо было спешить. Но куда: к главврачу, в районную администрацию, в милицию?.. Он взял такси и поехал в прокуратуру.

45

Это поручение Рябинин дал капитану давно, полагая, что тот про него забыл. Тем более что поручение устное. Но курьер из РУВД доставил плотно запечатанный пакет, в котором оказался всего один листок, правда, убористого текста. Два адреса: Институт фармакологии и какая-то больница. Они Рябинина не интересовали. Вот другие тринадцать адресов… В разных частях города, названия улиц и номера домов, но без номеров квартир. Труд Палладьева был напряжен и однообразен: он проследил маршруты розовой «Волги. Рябинин вздохнул, потому что работа была далеко не завершена. Надо проверить, кто в этих квартирах живет, чем занимается, имеет ли отношение к лаборатории…

В кабинет влетел парень на такой скорости, будто хотел поскорее миновать следователя и выскочить в окно. Но, увидев Рябинина, замер:

— Мне нужна скорая юридическая помощь…

— Обратитесь к адвокату.

— Совершается преступление!

— Тогда в милицию.

— Это не для нее.

— Почему же? — залюбопытствовал Рябинин, которого необычные преступления интересовали.

— Медицинская мафия.

— Стоп-стоп. Сядьте. Кто вы?

Молодой человек не только сел, но и положил на стол паспорт. Рябинин глянул в него, по привычке запоминая имя и адрес. Этого Геннадия следовало направить в милицию, но парня скручивала тревога не на шутку. Да еще какая-то медицинская мафия…

— Слушаю, Геннадий.

— Мою жену Ию убивают при помощи загадочных веществ.

— Где убивают?

— В больнице.

— При помощи каких веществ?

— Не знаю.

— За что убивают?

— Не знаю.

— Кто убивает?

Геннадий внезапно умолк и глянул на Рябинина с большим сомнением:

— Товарищ следователь, а вы к ней поедете?

— Когда?

— Сейчас.

— Нет, не поеду.

— Почему?

— Ваше заявление надо проверить.

На лицо Геннадия легла растерянность, переходящая в злость. Он же принес всю информацию… И его злость как бы сорвалась с лица вопросом: