Долгими ночами, всматриваясь в бездонный мрак космоса, я размышлял над этой надписью и находил лишь один-единственный ответ. По какой-то причине Дэннис Карлов расстался со своей женой — матерью ребенка, который теперь безмерно страдает без отца. Так бывает, дочка, мужчина и женщина надоедают, исчерпывают друг друга и разбегаются в разные стороны. И в такой ситуации нет ничего трагичного, за исключением одного «но». При расставании больше всего страдают дети, тем более когда они уже не в грудном возрасте и своим еще неопытным умишком могут давать детскую оценку происходящему. Как же так?! Папа, такой сильный и добрый, легко берущий тебя на руки, катающийся с тобой на захватывающих дух аттракционах, вдруг уходит куда-то и не рассказывает больше тебе на ночь сказки. Тяжело это понять маленькому человечку, очень тяжело… Так и этот мальчуган — почему-то я решил, что это был именно мальчик, — в отчаянии написал письмо своему далекому и любимому папе, указав прямо на конверте свою заветную мечту. И спасибо его матери, что не поскупилась на услуги почты! Значит, не все еще там потеряно. Неизвестный мне Дэннис Карлов просто обязан получить это письмо! Я уверен: он возьмет-таки за ручку своего ребенка, и когда-нибудь я доставлю ему конверт, на котором все три человеческие фигурки будут держаться за руки. Мечты, мечты… Как бесконечно долог и труден порой путь к их осуществлению!

Полгода уже длился наш полет, до нужной планеты оставался всего месяц пути. В ту ночь я, еще раз просмотрев розовый конверт и убрав его в почтальонскую сумку, изготовленную из сверхпрочного и легкого материала, удобно устроился на койке, расположенной как раз напротив иллюминатора. Медленно проплывали за бортом голубые, красные и желтые точки звезд, уносились по бесконечной орбите кометы с длиннющими хвостами, скользили темные шары неведомых планет… Мои веки уже стали смыкаться, а сознание улетать в объятья сна, когда мощный толчок вышвырнул меня со своего ложа. Корабль затрясло, взревели двигатели торможения, и в тот же миг вспыхнула в моей каюте красная лампочка тревоги, а в воздухе повис непрерывный, режущий слух писк. Быстро одевшись, я выскочил в коридор. По нему уже бежали люди.

Не прошло и тридцати секунд с момента подачи тревоги, как весь экипаж собрался в рубке управления. Здесь уже распоряжался наш командир, Кай Юханссон — высокий и широкоплечий мужчина слегка за сорок, с мощной копной густых волос пшеничного цвета и твердым подбородком, символизирующим упорство. Он был то ли финн, то ли швед, то ли русский — так перемешались теперь национальности, что почти невозможно найти истинные корни человека, — и представлял Международную Службу Дальней Разведки. Ее эмблема в виде красной морской звезды красовалась на его иссиня-черном комбинезоне.

— Друзья мои, — произнес он ровным и спокойным голосом, — мы подверглись внезапной и неопознанной атаке.

— То есть? — удивленно воззрился на шефа его первый помощник Леонид Алкснис, человек с рано поседевшей головой и слегка раскосыми глазами, что придавало его взгляду некоторое ехидство.

— Дай экран, Пит, — кивнул Кай дежурному бортинженеру.

Тут же огромный иллюминатор сменился экраном, на котором развернула свои красные щупальца Крабовидная туманность.

— Сейчас мы находимся прямо у созвездия Тельца, — продолжал командир. — Точнее говоря, в полутора астрономических единицах от звезды Айн, где находится ближняя граница Крабовидной туманности. Всем известно, что где-то в недрах этой загадочной туманности существует мощнейший источник радио- и рентгеновского излучения. Так вот, на пути этого излучения встало нечто, что полностью поглотило его.

— Нечто вроде черной дыры? — выдвинул предположение Леонид.

— Не совсем, но очень похоже.

— Такого не может быть! — категорично высказался Айван Иванов, наш молодой и очень амбициозный астрофизик. — В данном районе не было отмечено никаких черных дыр. Там имеется нейтронная звезда, но…

— Я знаю, что такого быть не может! — строго сказал Кай. — Но взгляни на экран.

На экране появился курсор, который безапелляционно указывал в самый центр Крабовидной туманности. Там, на фоне звезд, окруженных едва просматриваемой дымкой, находилось нечто непрозрачное, словно точка на сетчатке глаза, мешающая воспринимать окружающий мир в полной мере.

— Из области пространства, указанной курсором, не исходит никакого излучения, не прорывается свет. Посланные туда сигналы исчезают, будто поглощаются чем-то. Похоже на черную дыру? — улыбнулся лишь уголками губ Юханссон.

— Похоже, — согласился Айван. — Но откуда?!

— Я еще не закончил. Насколько мы знаем, с поверхности черной дыры ничто не может вырваться. Ничто! Но случилось невероятное! Именно оттуда произошел выброс неизвестной нам энергии, который, словно невидимое ядро, торпедировал наш корабль. Скажу сразу, никаких поломок у нас нет. Мы будто подверглись удару из воздушной пушки; мощному, но не способному причинить нам ни малейшего вреда.

Все как-то сразу зашептались, заспорили, стали обсуждать странное происшествие, а командир стоял, широко расставив ноги и сложив руки на груди, будто наслаждался созданным впечатлением.

— Тогда из-за чего тревога? — прищурившись, спросил Алкснис, который, пожалуй, знал своего шефа как никто другой.

— Удар, друзья мои, был направленным. С полной уверенностью можно сказать, что в нас кто-то или что-то целилось. Потому-то нам и пришлось затормозиться и замереть на месте для детального выяснения обстоятельств.

В полукруглом и белоснежном пространстве рубки управления повисла звенящая тишина. Сказать, что мы были в шоке, значит не сказать ничего! Еще бы — целенаправленный удар! Никакие животные и уж тем более растения его произвести не могли. Такой выстрел мог быть осуществлен лишь с помощью техники, а технику делают люди. Или…

— В этой зоне есть какие-нибудь наши базы? — спросил Леонид.

Юханссон вновь улыбнулся лишь уголками губ. Вопрос был риторическим.

— Командир, — подал голос Пит, сидевший сейчас за панелью приборов. Обычно этот смуглый парень был жизнерадостен и улыбчив, любил похохмить, но сейчас в его темных уголках светилась нешуточная тревога.