— Глаза не подводят тебя, Ахав. Если вчера бог только хмурился, глядя на нас, то сегодня его лик пылает гневом.

Ты заметил этот огненный венец вокруг солнечного диска, эти языки пламени, отлетающие от солнца, как искры от разгорающегося костра?

Ахав кивнул с мрачным видом и сильно потер усталые глаза. Затем выпил воды из стоявшего в тени кувшина.

— Мы видели одно и то же и, похоже, думаем об одном и том же. Это недобрый знак, угроза и предостережение нам свыше…

Он положил пластинку слюды обратно в мешочек и обратил к собеседнику внимательный прищур темных глаз, как бы пытаясь разглядеть чужие мысли, затем решительно махнул рукой.

— Пойдем вниз, Харуц! Скорее вниз, пока солнце еще в зените и насквозь просвечивает морские воды своими лучами. Ты, конечно, понимаешь, о чем речь…

Глава вторая

Оба собеседника стали быстро спускаться по узкой винтовой лестнице внутри башни маяка, и через некоторое время солнечный свет, проникавший в башню через узкие окна, исчез, но взамен возник мягкий рассеянный полумрак, наполненный подвижными отблесками какого-то источника света внизу, под основанием башни. Оба спустились еще на несколько витков лестничной спирали и оказались в просторном и прохладном помещении, освещенном все тем же рассеянным светом с мягкими и частыми бликами на стенах. Свет проникал из сводчатого прохода, уходившего толстыми стеклянными стенами прямо в море, позволяя видеть дно бухты, подводные скалы, густо поросшие разноцветьем кораллов, и множество рыб, мелькавших стаями и по одиночке.

Ахав прошел в конец коридора и, упершись ладонями в прозрачную стену, стал напряженно вглядываться в морское дно. Вдруг он резко подался вперед, почти прижавшись лицом к стеклу, как бы увидев то, что не хотел бы видеть, и, повернувшись к товарищу, жестом подозвал его ближе к себе.

— Смотри… Значит, мы не напрасно тревожились — разрушения и гибель грозят Земле Атлантов…

Харуц посмотрел туда, куда с нескрываемым страхом показывал собеседник, и тоже вздрогнул, увидев частые пузырьки газов, вырывавшиеся из расщелин в морском дне и убегавшие цепочками наверх, на поверхность бухты.

— Так бывало и прежде, судя по старым записям. Огромные языки пламени вокруг разгневанного солнца и вот такие пузыри газов из морского дна, от которых начинала кипеть и пениться вода у берегов. А потом просыпались вулканы и начинала трястись земля. А ведь дым над Большим вулканом появился еще неделю назад…

— Так что же делать, Ахав?! Что мы можем предпринять, как спастись от божьего гнева? Это не в наших силах… Искать спасения на кораблях, отплыть подальше от нашей земли, переселиться в другие, подвластные нам земли?

— Прежде всего поспешим в царский дворец и попросим срочно собрать Высший Совет. То, что мы видели, дым над вулканами и землетрясения, бывали и раньше. Быть может, надо просто уйти подальше от моря, в глубь Атлантиды, в тихие долины…

Ахав замолк, увидев появившегося в проходе раба. Задыхаясь от волнения и быстрого бега по крутой лестнице, он перевел дыхание и с умоляющим видом прижал руку к сердцу, прося прощения за то, что осмелился прервать разговор двух жрецов бога солнца.

— Там… Там, в море, появился корабль. Он подходит к бухте… — Раб замолчал, как бы не находя больше слов.

— И что в этом страшного?! Бухта полна кораблей, одни приходят, другие уходят. Это корабль атлантов, ты видел его раньше?

— Это корабль Друсса, я видел, как он месяц назад отплывал к Земле Заката. Корабль цел, не горит и не тонет, но в небе над ним… Я не знаю, как это назвать, — огромный сверкающий диск. Он висит как облако над кораблем Друсса, закрывая его от солнца…

— Что?! — Изумление и страх смешались на лице Ахава. Он бросил взгляд в сторону Харуца и сделал торопливый жест, стараясь не смотреть в лицо собеседника. — Бежим! Скорее наверх! Воистину, сегодня необыкновенный день, и похоже, что это только начало…

— Начало — чего?! — спросил Харуц, стараясь успеть за собеседником, не по возрасту резво бежавшим наверх по винтовой лестнице. Когда крутые ступени вывели Ахава к выходу на мост, соединявший островок с берегом бухты, он обернулся к спутнику и, внимательно посмотрев ему в глаза, сказал:

— Ты спрашиваешь — начало чего? Не знаю. Но боюсь, что это начало конца. Конца Атлантиды, гибели нашей земли. Ты можешь не верить мне, но знай — этой ночью я видел во сне звезду, сорвавшуюся с неба. Она неслась к земле и, превратившись в огромный огненный диск, повисла над столицей Атлантиды…

— И что? Что ты еще увидел во сне?! — спросил потрясенный собеседник.

— Ничего, кроме того, что сказал. Ибо в следующий миг проснулся, как и ты, от подземного толчка… А вот и он! Вот оно — продолжение моего сна! — Ахав указал рукой в небо над головой и повернул к собеседнику возбужденное лицо: — Видишь, бывают и вещие сны!

Оба они стояли возле входа в башню маяка. Справа тянулся каменный мост, соединявший островок с берегом бухты, а слева, глубоко внизу, кипели и пенились волны, набегавшие с моря и разбивавшиеся о подножие скалистого островка. Сейчас воды бухты были свободны от кораблей, но со стороны моря к бухте быстро приближался под большим парусом, полным ветра, военный корабль, рассекая волны острым бронзовым тараном. Несколько человек стояли на кормовой площадке и, подняв головы к небу, следили за висевшим над кораблем огромным темно-лиловым диском. Верхней его части не было видно, а снизу он был похож на громадную миску с плоским гладким дном без каких-либо выступов и углублений. Воздух вокруг диска дрожал и струился, завиваясь в прозрачно-стеклянную воронку-купол над ним. Ярко-синие огоньки вспыхивали время от времени в центре диска, убегая мигающими концентрическими кругами к краям.