— Хана, Ильич, — объявил Шварц и достал нож.

Лезвие страшно блеснуло в лунном свете.

— Я отработаю! — пообещал Потемкин. — Год, два, три — сколько скажете!

— Долг большой.

— Но я же буду возвращать! — взмолился Потемкин. — Если убьете, тогда уж точно ни копейки не вернется!

Он вдруг подумал, что им можно объяснить, напомнить об их выгоде.

— Отомстить, конечно, можете, — заторопился он. — Но денег это не принесет! А так вы годами сможете зарабатывать на мне! Я же как завод: работаю постоянно и прибыль приношу!

— С тобой мороки больше, чем той прибыли! — зло сказал Шварц.

Стращал перепуганного собеседника. Потемкин заглотнул наживку.

— Прибыль будет! — горячо заверил он.

— Будет, будет, — кивнул Шварц, — Ну, где лопаты, пацаны?

Потемкин решил, что он сейчас умрет.

— У меня на примете дело есть! — воскликнул он. — Информация для вас! Может пригодиться! Только надо обмозговать, как использовать!

— Ладно, хватит, — недовольно произнес Шварц.

Точно, будут убивать.

— Есть человек! — заспешил Потемкин. — В Москве! С деньгами! Его будут убивать! А он еще не знает!

— Его проблемы, — отмахнулся Шварц.

— Ведь можно заработать!

— Это вряд ли.

— Можно, можно! — убеждал Потемкин. — Я знаю, кто будет убивать! И дату знаю!

Шварц не заинтересовался, но один из его подельников спросил у Потемкина:

— Когда?

— Шестнадцатого! — с готовностью доложил Потемкин, обнаружив, что контакт установлен.

— Шестнадцатого — чего?

— Ноября!

— А сегодня у нас что? Так уже скоро!

— Вот! — с чувством произнес Потемкин. — Несколько дней осталось! И если к этому человеку прийти…

— К кому? — никак не мог сообразить Шварц.

— К жертве! Которого убьют! — пояснил Потемкин. — Можно ему информацию продать! И про покушение, и про киллера!

Шварц все еще сомневался. Непривычное дело.

— Попытка — не пытка, — сказал его подельник.

Эта фраза все решила. Время еще есть, можно обмозговать. Там видно будет. И для комедии этой с расправой над Потемкиным финал хороший. Пусть думает, что его действительно собирались убить, но отложили расправу из-за вновь открывшихся обстоятельств. Так он сговорчивее будет — если под страхом смерти жить.

— Садись в машину! — распорядился Шварц. — Расскажешь по дороге.

(Окончание в следующем номере)

Александр ЮДИН

КАНАЛИЗАЦИЯ

детективный рассказ

Историю эту поведал мне Семен Семенович Вольфин, мой дядя по материнской линии, а потому в ее достоверности я убежден совершенно. В противном случае, будучи по натуре своей ярым противником всякого вымысла, никогда не стал бы я предавать ее гласности. Тем паче что дядя Сэм (как я его называю) и сам человек весьма ответственный. Пускай на текущий момент он уже пенсионер, однако на заслуженный отдых вышел в звании полковника.

Впрочем, пора предоставить слово самому дяде, благо его бесхитростный рассказ я догадался записать на диктофон, а потому имею возможность предложить вашему вниманию почти дословно, с сохранением авторской лексики. Я лишь позволил себе изъять некоторые повторы и сократить чрезмерные длинноты, объяснимые дядиным возрастом, а также тем обстоятельством, что повествование велось за столом и горло свое рассказчик умягчал отнюдь не чаем. Да еще я вымарал обильную россыпь крепких словечек, до которых дядя Сэм большой любитель.

— Ты дело директора Елисеевского гастронома помнишь? Громкое дело, расстрельное. В 82-м году это было. Я тогда в бригаде замначальника Московского управления КГБ Трофимова Анатолия Васильевича работал. Да, да, того самого, которого в прошлом апреле самого… ага, ладно. Ну так вот, бригада наша, кроме главного дела в отношении Соколова — директора Елисеевского, — попутно занималась расследованием еще десятка выделенных делишек, так или иначе связанных с основным. Вот по одному-то из таких «попутных» проходил некий Савин — он на Таганке в рыбном магазине хозяйничал, тоже ворюга из ворюг! Прямых показаний на этого Савина никто не давал, а поймать злодея, что называется, «за руку» у нас все никак не выходило.

И вот однажды нам таки удалось подсунуть ему пачку двадцатипятирублевок через внештатного сотрудника. Однако мой непосредственный начальник решил, понимаешь, погусарить маленько: злодея сразу не брать, а поначалу отпустить с миром. Расчет у него был следующий: «капусту» Савин получит в самом конце дня, да еще в пятницу, и в сейфе ее оставлять наверняка не станет; значит, заберет с собою — туда, где у него остальной капиталец сохраняется. Там-то, на банке, мы его и возьмем. Ага, ладно.

Попервоначалу так оно все и вышло: сгреб Савин денюжку, кабинет на ключ — и в авто. Только, смотрим, направляется не к себе на квартиру, а к кольцевой выруливает. На подмосковную дачу, значит, собрался. Что ж, думаем, оно и понятно — на даче-то кассу хранить куда как сподручнее. Хошь — в огороде закопай, под кружовенный куст, хошь — затолкай в дымоход, а то в подполе схорони. Да, ко всему, и дача не на него, а, как водится, на тестя записана. Ладно, ага. Сели, значит, ему на хвоста — и конвоируем до самой фазенды. Только дальше у нас пошло все наперекосяк.