Это узнавание меня немного расслабило. По крайней мере нам прислали не мелкую сошку, а того, кто реально способен решать вопросы.

Грег разительно отличался от своих коренастых, крепко сбитых сородичей, которых я привык видеть в забоях или кузницах. Это оказался первый стройный гном на моей памяти, никакого пивного живота или мозолистых ручищ. Да и одет с иголочки: дорогой костюм из тонкой ткани, белоснежные, словно выбеленные, волосы гладко зачёсаны назад и уложены гелем. Образ завершали узкие очки в золотой оправе, цепочка карманных часов, свисающая из жилетного кармана, и роскошный кожаный портфель в руке. Акула бизнеса в её истинной форме.

Я поднялся навстречу и ответил сдержанным поклоном главы Дома.

— Благодарю, что так быстро откликнулись, мастер Дипхоллоу. Приношу извинения за беспокойство в столь поздний час, но дело не терпит отлагательств.

— Ну что вы, милорд, это моя работа, — гном позволил себе легкую профессиональную улыбку. — Я и сам собирался связаться с вами. В конце концов, вы восходящая звезда Бастиона и заслуживаете самого пристального внимания. Скажу больше, этот филиал Счётной Палаты практически удваивает свой оборот каждый месяц с момента вашего появления в регионе. Потрясающее и, смею заметить, беспрецедентное достижение!

Его цепкий взгляд скользнул мимо меня и остановился на кофейном столике. Там, переливаясь в свете магических ламп, лежало Одеяние. Глаза гнома алчно блеснули за стеклами очков.

— И почему-то мне кажется, что в этом месяце наш оборот вырастет куда выше, чем просто вдвое.

— Верно, — кивнул я, указывая на артефакт. — Мы обязаны твёрдо знать, что предмет такой ценности оформят надлежащим образом, без ошибок.

— Мудрое решение. Спасибо, что доверились нам, мой лорд, моя леди, мастер Харальд, госпожа Ванесса.

Глеб прошёл к столу и занял место напротив нас. Норман, местный служащий, до этого занимавший кресло, поспешно вскочил, уступая место начальству, и растворился в тени у стены.

Не обращая внимания на суету подчинённого, гном с комфортом устроился на стуле, водрузил портфель перед собой и с сухим щелчком откинул замки.

— Даже если вы достигли устного соглашения между всеми заинтересованными сторонами, лучше зафиксировать всё на бумаге. Мнения меняются, чувства, увы, тоже остывают, но подписанные контракты нерушимы.

— Главное, чтобы их исполнение строго соблюдалось, — заметил я, скрестив руки на груди.

Глеб улыбнулся, но в эта улыбка не отразила ни капли тепла, только холодный расчёт.

— Поверьте мне на слово, мой лорд, наша организация способна обеспечить исполнение любых соглашений. Выступая в качестве арбитра или посредника, мы гарантируем результат. Это не просто вопрос профессиональной гордости, это, скажем так… наше жизненное кредо.

Голос его звучал настолько самодовольно, что по спине пробежал холодок. Я знал, что за Счётными Палатами стоит сила, с которой лучше не ссориться.

— Прошу прощения, — уточнил я. — Я имел в виду не вас конкретно, а ситуацию в целом.

— Разумеется, милорд. Я и не смел подумать иначе, просто хотел заверить, что вы никогда не пожалеете о сотрудничестве с нами.

Гном извлёк из кармана пару белоснежных перчаток, неспешно натянул их, разгладил каждый палец и кивнул на сверкающую ткань.

— Позволите?

— Пожалуйста, — отозвалась Ванесса.

— Благодарю.

Глеб поднял драгоценный предмет с такой осторожностью, словно держал в руках древний, грозивший рассыпаться в прах пергамент или новорожденного младенца.

— Великолепно! — благоговейно пробормотал он, разглядывая шитьё сквозь очки.

Одеяния и правда были шедевром. Невероятно тонкая струящаяся ткань глубокого синего цвета переливалась всеми возможными оттенками, золотые и серебряные нити сплетались в сложные рунические узоры, от которых исходило ощутимое магическое давление. Одеяние Верховного Жреца Кротоса, легендарный предмет.

— Какова его оценка, милорд? — небрежно поинтересовался гном, не отрывая взгляда от артефакта.

Я слегка напрягся, вопрос денег всегда самый скользкий.

— У нас есть частная договорённость, гарантирующая, что наши спутники не понесут финансовых потерь при отказе от прав на этот предмет.

— Конечно, мой лорд. Я спрашиваю не для торга, а исключительно для заполнения страховой части контракта, — гном снова изобразил слабую улыбку. — Если бы вы попросили нашу организацию провести оценку, я бы навскидку дал за этот лот как минимум десять миллионов золотых. Хотя, безусловно, такие вещи, по сути, бесценны.

В комнате повисла звенящая тишина. Харальд присвистнул, Ванесса тяжело, со всхлипом выдохнула. Даже меня эта цифра оглушила, словно удар молотом по шлему.