Тёмная эльфийка с Лили разыграли из себя невинных беззащитных дев, случайно забредших слишком близко к поверхности, а мы с Кору влезли в шкуры свирепых варваров и взяли их в «плен», закинув брыкающихся девчонок на плечи и утащив прямо на заснеженный горный склон.

Естественно я подготовился: заранее разбил там свою командирскую палатку, застелил пол горой невероятно мягких одеял и шкур, которые сшил наш портной, и раскочегарил походную печь так, что внутри можно было плавить металл. Для подземной жительницы, не привыкшей к перепадам температур, это стало настоящим шоком.

Воспоминания об этой обжигающей во всех смыслах ночи до сих пор заставляли кровь пульсировать быстрее. Никому из нас тогда не хотелось заканчивать игру, вылезать на мороз и возвращаться к унылой зачистке подземелий. И сейчас, стоя у края пропасти, я знал, что девочки тоже надеялись увидеть Элариэну перед уходом.

Но, к моему разочарованию, прекрасная тёмная заклинательница не пришла. Мы прождали около получаса, сигналя фонарями в темноту ущелья, но всё зря. Вздохнув, я оставил условный знак в заранее оговорённом месте, послание для нашей следующей встречи.

Делать нечего, пришлось уйти ни с чем.

Пока Кору настраивала кристалл портала, чтобы перенести нас домой, я бросил последний взгляд на Последнюю Твердыню Гурзана. Я знал, что ещё вернусь сюда, как минимум чтобы добить остальных тварей, но теперь для экономии времени и сил мы постараемся прыгать порталами сразу в нужные точки. Если только мне не понадобится зачем-то зайти именно в вестибюль, бродить по этим гулким коридорам больше не придётся.

В следующий раз, когда увижу этот огромный пещерный город, он уже не будет мертвым, древний, скрытый в недрах Соколиных гор гномий мегаполис оживёт с появлением новых законных хозяев. И если я сюда и заявлюсь, то уже в статусе почётного гостя, а не охотника.

Эта мысль вызывала лёгкую, светлую меланхолию, смешанную с чувством выполненного долга. Это место заслуживало жизни. Оно ждало, когда в кузнях снова зазвенят тяжёлые молоты, а из глубоких шахт донесётся ритмичный стук кирок. Я почти наяву видел, как заброшенные грибные плантации снова зацветут, а пустые купольные дома наполнятся суетой и смехом.

Гномы принесут в эту гулкую тьму свет, огонь и энергию, и, чёрт возьми, я ждал этого с нетерпением.

Оказалось, меня не единственного пробило на лирику. Лили подошла сбоку, мягко обняла меня за талию и положила голову на плечо. Мы вместе смотрели в бескрайнюю каменную пустоту, её привычный сладковатый запах луговых цветов смешался с запахом озона от открывающегося портала, даря мне уютное чувство покоя.

— Прощай, Последняя Твердыня Гурзана, — тихо пробормотала кунида. — Ты стала для нас отличным приключением, но пора двигаться дальше. Мы оставляем тебя в надёжных руках.

— В самых надёжных, — согласился я, нежно поцеловав жену в макушку прямо между мягких серебристых ушек.

Кору наконец стабилизировала сияющую воронку портала. Я поправил лямку рюкзака, переглянулся со своими женщинами, и мы шагнули в свет, оставляя древний подземный город позади.

Ночь уже накрыла поместье плотной темнотой, когда наш отряд наконец ввалился во внутренний двор. Мышцы гудели от усталости, а в голове билась только одна мысль: добраться до горячей воды и мягкой кровати. Но, как назло, Харальд и Ванесса буквально вцепились в меня, умоляя прямо сейчас, не откладывая до утра, решить вопрос с легендарными одеяниями Верховного жреца Кротоса.

— Вот же гадство! — пронеслось в голове. Отдых отменялся.

Пока остальные члены рейда разбредались кто куда, одни в гостевые комнаты западного крыла, другие в город искать свободные койки на постоялом дворе «Путь в дикие земли», а третьи и вовсе оседлали ездовых рапторов, летя сквозь ночную темень в свои земли к северным границам провинции, я отправился искать Мэриголд. Мне предстояло во что бы то ни стало уговорить её помочь с этим бюрократическим дерьмом, несмотря на поздний час.

Я нашёл её во дворе. Моя миниатюрная, но выдающаяся во всех нужных местах гномиха как раз раздавала последние указания служанкам. Она организовывала разгрузку багажа, следила за расселением тех, кто остался без ночлега, и вообще закрывала все бытовые дыры, образовавшиеся после прибытия рейда. Её обычно аккуратно уложенные пышные розовые волосы, достигающие щиколоток, сейчас растрепались, верный признак того, что она вымотана до предела управлением поместьем, а большие голубые глаза слезились от сонливости.

По уму мне следовало бы первым делом подхватить её на руки, отнести в постель и строго-настрого приказать отдохнуть и хорошенько выспаться, спихнув остатки дел на Зелиз. Укол совести неприятно царапнул где-то под ребрами. Вместо того, чтобы дать ей заслуженный отдых, я собирался навалить на неё ещё больше работы.

Но стоило Мэриголд заметить, что я ищу именно её, как усталость на её миленьком личике словно ветром сдуло. Глаза вспыхнули недвусмысленным огоньком, она проворно перехватила мою руку и, не говоря ни слова, утащила в полумрак ближайшего сарая. В нос ударил запах сухого сена и древесной пыли. Прежде чем я успел хоть что-то возразить, её маленькие ловкие пальчики уже лихо расправились с завязками моих походных штанов, высвобождая напрягшийся член.