— Паршиво. Наверное, хорошо, дорогой Ард, что я не увижу, как вы меня превзойдете. Хоть и жаль… Может… я бы… все же… хотел… когда-нибудь… вас с этим… поздравить…'

Но Ардан не останавливался. Пригибаясь так, как пригибается иной несчастный, пытающийся презреть удары штормовой плети, сбивающей его с ног. Он шел. Шел дальше.

'— Забирай их с собой, маленький друг. Сюда, на родину своих предков. Туда, где дуют твои ветра, где спит твоя земля.

— Не могу. Дедушка уже стар — он не выдержит путь, а мама и брат… это не их земля, Эргар. — Не надо, Арди. Я не смогу помочь тебе и защитить. Ты ведь еще так много не знаешь, а это тело, в котором ты будешь ходить, — слабое и хрупкое.

— Не переживай, учитель. Даже когда я не смогу бежать среди барсов, видеть глазами орла, двигаться как рысь и моя шкура потеряет силу медведя — со мной навсегда останутся уроки Скасти и Атта’нха'.

Голоса не заканчивались. Они сменялись в бесконечной череде памяти, пытавшейся что-то ему сказать. О чем-то предупредить.

'— Поверь мне, малыш, так проще. Лучше пользуйся моментом и привыкай.

— К чему?

— Уходить без прощаний'.

Ардан прикрыл то, что заменяло ему лицо, тем, что выглядело ладонью. Он не должен был останавливаться. Ни в коем случае не должен был замедлять шага.

«— Когда закончится её срок носить плоть, твой не достигнет и половины, суженый. Ты будешь жить долго, волшебник. Сможешь ли ты так же бережно хранить этот огонь в своих руках, когда её плоть растечется водой?»

Не важно. Это все не важно. Главное дойти. Еще немного. Еще совсем чуть-чуть.

«— Эан’хане — это ведь значит 'творящий волшебство»? С языка Фае, да?

— И да, и нет. Волшебство могут творить и люди с их Звездной Магией. Эан’хане значит куда больше. Это больше, чем просто Говорящий, способный сплести вместе несколько слов. Это тот, кто может не только говорить и призывать имена, но знает, что… Однажды ты поймешь, маленький Говорящий, что силу, данную тебе Спящими Духами, чаще всего не стоит звать в этот мир, и то, что можно сделать с её помощью, ты можешь сделать и руками. Это и значит — быть Эан’хане. Обладать могучей силой и еще большей мудростью, чтобы её не использовать. — А ты — Эан’хане? — Иногда я забываю, как мало ты знаешь, добрый друг.

— Я прочитал почти все твои книги и большую часть свитков. Я знаю, как зажечь лунный свет посреди пути Духа Дня; знаю, как услышать часть имени бури и позвать ледяную молнию; знаю, как сделать из тьмы накидку, отводящую глаза; знаю, как прошептать слова, которые откроют закрытые проходы; знаю, как смешать сотни трав, корешков и плодов; знаю, как из искр сложить звездную карту; знаю, как…

— Не все знания, маленький Говорящий, можно почерпнуть из книг и свитков. И самые важные знания, которые ты найдешь, как раз придут к тебе не через книги.

— И через ч…

— Через это, — Атта’нха накрыла ладонью то место, где билось сердце охотника. Затем зачерпнула немного снега и заставила растаять на его щеке. — И через это, — добавила она куда тяжелее. — Таков путь'.

Нет. Все не так. Ему нужна была сила. Может быть, впервые за всю его не такую уж и длинную жизнь ему действительно требовалась сила. Та, что находилась за гранью. И если потребуется, он разорвет эту грань в клочья. Потому что он устал… Устал идти по тому пути, который проложила для него волчица. Он устал верить в то, что…

' — Взгляд у вас такой же, как у него. Взгляд того, кто хочет всех спасти. Всем помочь. Плохой взгляд, дорогой Баров. Когда ко мне приводят кого-то, кто хочет стать врачом, но если у него такой взгляд, как у вас, то я всегда отказываю. Знаете почему?

— Почему?

— Потому что такой взгляд всегда приносит вреда больше, чем пользы'.

Воспоминание о воспоминании

— Ты прочел?! — от рыка волчицы смолкли звуки лесного разлива. — Ты прочел тот свиток, Ардан?!

Стихли звери, сложили крылья птицы, и даже жучки и мушки притаились где-то среди крон и трав.

— Я…

— Отвечай! — и ветра закружились вокруг Арди, будто протягивая к нему когти; трава, оборачиваясь самыми крепкими клыками, опасно лизнула его ноги; а высокие деревья склонились, ощерившись ветками, словно охотники — хвостами.