— Нет, не «всё нормально, неважно», — говорит она твёрдым голосом, притягивая меня в свои объятия. — Иди сюда, мисс Уныние.

Когда я обмякаю в её объятиях, она утешающе растирает мои плечи.

— Мне жаль, подруга. Я знаю, ты очень хотела, чтобы это сработало. Но то, что он увидел твоё сообщение, не значит, что он никогда не ответит. Как долго ты висишь в «прочитано»?

— Ну, я отправила сообщение десять дней назад, а он прочитал его девять дней назад.

— О. — Она моргает. — Ладно. Это не сулит ничего хорошего.

Я не могу сдержать смех.

— Видишь?

— Слушай, полторы недели — это не такая уж редкость, чтобы тебе не ответили. Но если он не ответит, значит, не ответит. Это его потеря. Ты потрясающая.

— Я потрясающая.

Она усмехается.

— И скромная тоже.

— Самый скромный человек, которого вы когда-либо встретите.

Мы берёмся под руку и идём вниз, чтобы выдержать очередное собрание сестринства с Агатой, которая ведёт себя, ну, как Агата. По крайней мере, на этот раз у нас интересная повестка. Яра, которая отвечает за украшения для гала-вечера, создала презентацию PowerPoint, а я обожаю хороший PowerPoint. Особенно от Яры, у которой заголовки слайдов — высший класс.

— Итак, — объявляет она, стоя у проектора, пока все переводят взгляды на экран. — Варианты центральных украшений.

Появляется первый слайд.

Фейт прижимается к моему плечу и смеётся в мой рукав. Я слышу хихиканье первокурсниц, которые, как известно, являются низшими созданиями, прислонившимися к стене. Когда я оглядываюсь через плечо, я вижу стоящую позади меня Блейк. Она улыбается. Сегодня она выглядит мило: её волосы заплетены в две косички, свисающие на плечи.

— Итак, вот вариант первый, — говорит Яра.

Появляется следующий слайд, на котором изображена высокая прозрачная ваза с белой атласной лентой посередине, завязанной аккуратным бантом. Она стоит на круглом зеркале, отражающем цветы внутри вазы: гипсофилу, папоротник и несколько пастельно-розовых пионов для яркого акцента.

Заголовок варианта первого гласит:

— Меня это не впечатляет, — признаётся Шериз, покусывая колпачок своей шариковой ручки.

— Это худший из всех, — соглашается Яра. — Но он самый дешёвый.

Вариант второй подписан:

Эта матовая стеклянная ваза, стоящая на кружевной дорожке, предлагает розовые розы в окружении белой гипсофилы. Она лучше первой, но не так эффектна, как вариант третий, который вызывает «ооо» и «ааа» у всех.

Этот вариант придерживается нашей белой и бледно-розовой цветовой гаммы, только в палитру добавлены золотые акценты.

— Этот вариант немного дороже, — начинает Яра, её взгляд скользит ко мне.

— Насколько дороже? — спрашиваю я, мои пальцы застывают над клавиатурой. Я очень серьёзно отношусь к своей должности VPF. Потому что Агата меня к этому принуждает.

Яра тянет время.

— Ну, я знаю, что мы выделили строгий бюджет на центральные украшения, и этот определённо выходит за рамки, но…

— Насколько выходит за рамки?

— Примерно на двадцать процентов, — бормочет она, не глядя на меня.

— Абсолютно исключено, — говорю я мгновенно.

— Но посмотри на это!

Я бросаю взгляд на экран, подавляя стон, когда Яра нажимает на клавишу, и появляется новый слайд, на котором все три варианта центральных украшений выстроены в ряд.

Нет сомнений, что золотые акценты привлекают внимание.

Агата поворачивает голову ко мне.

— Это возможно? — резко спрашивает она.

— Если вы хотите взять эти двадцать процентов из другого бюджета, например, из бюджета на музыку, то да, мы можем это сделать.

— Даже не думай урезать бюджет диджея! — восклицает Робин. Музыка — её вотчина.

Агата снова смотрит на меня.

Я пожимаю плечами.

— В банковском счёте дома есть определённая сумма денег. Я не могу чудесным образом заставить деньги появиться. Так что если вы не берёте из других бюджетов, ваша единственная альтернатива — попросить кого-нибудь внести свои собственные средства.

— Позволь мне поговорить с моей матерью, — говорит Агата. — Мы пока отложим вопрос о центральных украшениях и вернёмся к нему на следующем собрании. Может быть, кто-то из выпускниц захочет добавить немного в бюджет гала-вечера…