— Дай-ка сюда свою морду, — приказал я, когда тот закончил с первым блюдом.

Виверн неохотно опустил её ко мне.

— Вот так, не дрыгайся, — я размазал вытащенный жир йети по губам, ноздрям, щекам и вообще по всей голове, вплоть до глаз.

Сейдх фыркал, но когда выпрямил шею и не ощутил привычного холода, то удивлённо раскрыл глаза. Я повторил этот трюк и с крыльями. Неизвестно, насколько хватит эффекта, но это лучше, чем ничего. Напившись крови ещё с двух трупов, виверн выразил готовность лететь дальше.

«Если тут йети, значит, и маммотумы должны быть неподалёку», — промелькнула у меня мысль.

Мы поднялись повыше и быстро отыскали выживших. Ага. Куда же вы пойдёте? Мозги у этих существ работали странным образом. Они видели угрозу в небе, но всё равно привели нас к своей многотысячной стоянке. Их город меня не интересовал, но и стада маммотумов рядом не видать. Какого лешего? Зачем тогда йети построили это всё?

Здания не производили ощущения кочевого образа жизни. Это поселение стояло давно. Так, стоп. А что, если они ЗНАЮТ, когда и где будет миграция маммотумов? В таком случае ничего не стоит возвести города по контрольным точкам и перебираться из одного в другой, подстраиваясь под стадо. То есть, они в курсе, что именно здесь будет следующая остановка, и приготовились заранее.

Это многое объясняло. Я, конечно, не знал объяснения этому явлению, но какая разница? Мы приземлились километрах в пяти от владений йети, чтобы не тратить силы. Я закинул в пасть Сейдха три шарика стяженя, чтобы согреть его организм. Он снова выпучил свои жёлтые глаза, но бдительности не терял. Как и я. Это дикий зверь, с ним по-другому нельзя. Зазеваешься и будешь убит.

С другой стороны, Сейдх очень крепок и сообразителен. Полети я с тем первым молодым виверном, точно бы окочурился на полпути. Иней удачно его прикончил, что ни говори.

Если честно, я тоже слегка устал в таком бесконечном режиме контроля. С другими вивернами ты мог расслабиться, когда с кнута переходил на пряник, но с этим такого фокуса не пройдёт. Свободолюбие, затаённая ярость, злопамятность и расчётливая кровожадность Своим поведением он кого-то мне напоминал…

Я прервался от задумчивости, когда увидел на горизонте растущую точку, потом ещё несколько и ещё. Маммотумы! Не прогадал! Быстрее, там должен быть Потап. Взобравшись на Сейдха, я приказал ему лететь навстречу стаду. Не хотелось ждать.

«Главное, чтобы это оказалось именно то стадо, а не какое-то другое», — взволнованно сказал я себе, но при сближении радостно узнал того самого тридцатиметрового самца. — «Да, это он, в него я воткнул золотую стрелу безумия».

Никогда не думал, что буду смотреть на магзверя как на старого друга. Мы снизились, и я услышал предупреждающий трубный зов. Стадо затормозило. Увидели нас. Я отметил про себя, как умно они выстроили оборону — загнали детёнышей под себя. Это притом, что они ни разу не видели летающих существ!

Хмм, разведка заметно усложнилась. Сейдх снизился до расстояния вытянутого хобота. Отсюда нас было не достать, но спины гигантов видны как на ладони. Мы облетели каждого, и я с замиранием сердца ожидал увидеть спрятавшегося друга.

— Потап! Потап! — кричал я, облетая в третий раз волнующихся маммотумов, но никого так и не увидел.

«Может, он на детёныше каком?»

— Атакуй! — мне было плевать на шерстяных ублюдков, если они не отдадут моего человека по-хорошему, то будет по плохому.

Кажется, моя злость передалась терпевшему всё это время Сейдху, и виверн с готовностью обрушил её на другой объект. Мы приземлились на спину двадцатиметровой особи позади вожака. В тот первый раз было страшно, но сейчас я достал меч и вогнал его наполовину, разрезая толстую кожу и доставая до мяса.

Маммотум, уверенный в своей непробиваемости, взвизгнул от боли. Ещё бы, я двинулся вперёд, расширяя эту рану. Вы у меня разойдётесь как миленькие, или я вас тут всех перебью, а йети закончат начатое. Я добежал до головы, приказывая Сейдху следовать за мной. Попутно тот рвал когтями и зубами обнажившуюся плоть.

Когда в мою сторону пополз хобот, я срубил с него кусок. В воздух полетела жижица горячей крови, замерзая красными каплями. Я добежал до головы, понимая, что если уж такая рана не сдвинула с места колосса, то с ним надо заканчивать. Я воткнул божественную искру в череп маммотума по самую рукоять. Маленького прокола оказалось достаточно. Сейдх вовремя меня подхватил когтистой лапой, и мы отлетели на спину другой особи.

Там я пересел на виверна и увидел, как медленно падает убитый мной магзверь. Словно подрубленный у основания многовековой дуб. Йети бы с таким ни за что не справились. Тяжeлый слон растолкал общее построение, отодвигая своей тушей соседей сбоку. Под шумок мы залетели внутрь открывшегося кольца обороны. Вреда в таком положении маммотумы нам не могли нанести.