— Стой, — попросил я офицера, — не надо. Это вон его добыча, пусть закончит, — я посмотрел в синие глаза нахохлившегося виверна и кивнул на помирающего врага. — Чего бычишься? Вперёд он твой.

Всё закончилось через десять минут с последним вздохом так ничего и не понявшей твари. Печальная у неe участь оказалась. Быть убитой столь малой особью, как будто насмешка судьбы.

— Будешь наказан, — холодно предупредил я Инея, когда камнекожие потащили массивное тело на склад.

В любое другое время я бы только порадовался за его бойцовский характер, но теперь нам снова пришлось возвращаться в «Зелeный-66» под удивлeнные взгляды старика Гио и Драйзера. Где-то там Потап нуждался в моей помощи, ведь он без пищи почти неделю, как трясeтся на этих маммотумах.

Иней отправился искать другой потенциальный транспорт, а я в одиночку забрался повыше на скалу, прикидывая, что наш портал в зимний мир откроется в трeх тысячах километрах к югу от людской базы. Туда как раз и побежало стадо мохнатых гигантов. С той скоростью и шириной шага мы как раз должны будем пересечься, и этот шанс нельзя упускать!

Ещe я понял, что изначально допустил ошибку, выбрав малоопытную виверну. Это помешало моему питомцу проникнуться уважением. Мир летающих магзверей строго иерархичен. Будь на месте погибшего взрослый самец, мой бандюган молчал бы в тряпочку. Потому я отдал ему приказ найти достойного, по его мнению, кандидата.

Вот так поспешишь, и всe наперекосяк идeт, надо было не брать первого попавшегося. Кто ж знал, чем это всe обернeтся?

Через три часа поисков мой питомец справился и привeл ко мне дьявола во плоти. Разрисованный шрамами, угрюмый, с аурой безжалостного убийцы этот виверн не спешил идти на контакт и кружил в небе, изучая свою добычу. Я показался ему подозрительным.

Матeрый магзверь прожил долгую жизнь, многое повидал. Ему часто приходилось видеть людей верхом на чешуйчатых собратьях. За это он испытывал к последним глубочайшее презрение и при встрече один на один не задумываясь убивал за такой позор. Никто не смеет ограничивать свободу гордого хищника, а если уж попался, найди способ, извернись, сбеги или разбейся о скалы назло врагу.

Странные двуногие существа порабощали своей волей его слабых сородичей. Лучше уж стать кормом змееящерам, чем согласится кого-то посадить себе на спину. Потому опытный виверн тщательно издалека изучал своих тонкокожих врагов. Они плодились под прикрытием одной массивной скалы на севере и выходили оттуда небольшими стаями на охоту.

Так вот, как правило, они боялись оставаться одни, но этот сухопутный кусок мяса не выказывал страха. Почему он не бежит прятать свою ничтожную шкуру и так нагло пялится?

Словно добыча здесь не он.

А ещё юнец сказал, будто рождён от двуногого! Ха-ха-ха, это же надо придумать! Не будь его ум столь защищён, а воля сильна подобно камню, отправился бы на съедение за свою дерзость…

Человек явно припрятал какую-то хитрость. Любопытство разбирало старого виверна. Он был сыт, как никогда здоров, да и в самках нужды не знал, но собственный приплод в таком возрасте у него никогда не летал.

А ещё от синеглазого недомерка разило смертью, свежепролитой кровью сына! Как это понимать, он что, проиграл полугодовалому брату? Какой позор… Пусть земля приберёт его дрянное тело, ещё бы сто лет не видеть такое потомство!

Но как же двуногий смог сделать то, до чего не догадался он, Сейдх, правитель этой славной земли отсюда и на сто дней полёта во все стороны? У него явно имеются секретные знания.

Магия некоторых людишек опасна, многие сыновья поплатились за желание прославить себя в борьбе с чужаками. Теперь они мертвы. Каждый год они либо умирали, либо становились рабами. Не счесть, сколько их таких было глупцов, с едва окрепшим телом и разумом, а сколько ещё будет…

Сейдх потерял счёт своему потомству, самые умные улетели на юг вдоль скалы подальше от гнездовья тирана-отца, но других соблазняла его бывшая пещера, которую отобрали двадцать оборотов солнца назад жалкие двуногие.

Вероломно, когда он был на охоте, они разграбили гнёзда, забрали все яйца и прогнали беспомощных самок. А потом каким-то образом заделали вход искусственным камнем. Туда стало не пролезть, аргх!

Как же он был тогда зол…

Но злоба не означала безрассудства. Выживает самый приспособленный и хитрый, а не самый сильный. Сейдх не мог похвастаться выдающимися размерами, но его терпение, ловкость и, как это ни странно, плодовитость позволили вытеснить всех старых врагов. Эти дурачки погибли в бесславных сражениях, в то время как он изучал повадки врага на их печальном примере. С пришлыми лучше не воевать, но и не связываться.

Сейдх воспользовался людьми как щитом. Самки тянулись к нему, рожали детей, одного за другим. Много детей. Часть забирали себе двуногие и не лезли глубже, а часть улетало на юг, тесня соседей.

Не понимая того, они дрались за покой своего отца, а ежели кто-то из них возвращался с дурными намерениями… Что ж, змееящеров тоже надо подкармливать, дабы не наглели. Без еды они дуреют, жрут друг друга и теряют всякий страх. Сейдх не хотел, чтобы они причиняли вред его самкам.

Старый виверн приземлился на скалу, но подальше от человека. Если пробраться к нему в голову, то можно достать много интересного. Например, разные истории о других мирах, в мельтешении картинок таилась уйма знаний.