Камнекожие артиллеристы похватали стволы и поспешили отойти на фланги. Делалось это до одури просто: вешали на плечи по две спаянные в круг цепи с небольшим приспособлением, чтобы орудие не болталось. Пушки плотно крепились на них во время бега, и руки оставались частично свободными. Как будто сумки на плечах перетаскиваешь.

Механизм, транспортные «коробки» и рабочая форма глипт раз за разом становились продуманней и функциональней. Над ними бессонными ночами ломали голову кузнец Выжига и Драйзер.

Я без лишней суеты перезаряжал свой бландербас после прочистки шомполом. В этом сражении рубиться врукопашную по щиколотку в снегу у меня не было никакого желания. Я лучше, как в тире постреляю. Из лука скучно, а так — самое то.

Тридцать пять глипт приготовились встречать шерстяное войско, но в этот раз был выход Склодского. Он хотел взять реванш за некромантское рандеву, где его магия, как в той сказке, превратилась в бесполезную тыкву.

Леонид выехал вперёд и, когда оставалось метров пятьдесят, выстлал ладонь вперёд, извергая из неё цепное антилечение. Пурпурные змеи поскакали от цели к цели, разрывая противникам мозг. Покусанные делали три-четыре шага и падали замертво.

Новобранцы, разинув рты, смотрели, как этот непримечательный с виду парень, постоянно ошивающийся возле их барона, по щелчку пальца уничтожил три десятка врагов. Его интеллигентная внешность: длинные до подбородка чёрные волосы, миловидное, почти женственное лицо и ярко-голубые глаза обманчиво вызывали скепсис у второго отряда. Они даже втайне посмеивались под его манерой поправлять коротким взмахом причёску, как будто он неженка-принц из тридевятого царства.

В свободное от службы время Склодский не тренировался со всеми, вечно сидел дома, читая книжки, и бездельничал, прерываясь только на лечение больных. Теперь же гридни Щукина, да и он сам, увидели, что представляет собой этот человек. Первым их чувством был холодок страха, пробежавшийся по спине.

Странная исковерканная тёмная магия убивала не так эффектно, нежели огонь или заклинания земли. Не было брызг лавы, парящих глыб камня или оглушающих тебя афтершоков — только голая результативность. Извивающийся пурпур забирал жизнь одним касанием, не давая и шанса на сопротивление. Это было нечестно. Каждый имеет право дать сдачи или хотя бы покорчиться в муках, проклиная ненавистного мага. Обидно.

Вывел всех из оцепенения окрик Мефодия.

— Посторонись!!!

Бедный его глипт, наверное, проклинал в этот момент всё на свете, потому что здоровяк понёсся один на остатки войска йети. К чести магзверя, тот не выказал страха. В момент столкновения берсерк вылетел из своей коробки и упал прямо под ноги вожаку.

На фоне этого зверя он смотрелся мелюзгой. Как пружинистая неваляшка Куликов мгновенно встал на ноги и взмахом артефакторной тяжеленной секиры срубил противнику ногу по колено.

Магия, что держала йети аккурат на верхнем слое снега, выключилась, и произошла осадка до уровня земли, а потом гигант накренился и шлёпнулся на спину.

«Какой-то выверт гравитации не иначе».

Когда равнину разорвал свирепый вой вожака, Щукин поторопил своих воспитанников.

— Чего встали, приглашение нужно? Бегом помогать!

Гридни очнулись от наваждения и поторопились прикрыть Мефодия, которого схватил за туловище упавший главарь саблезубых йети. Ему на помощь пришeл Нобуёси с невероятным акробатическим трюком.

Японец вскарабкался на плечи своего бегущего глипта, а дальше при сближении пробежался по поднятому башенному щиту и прыгнул в сторону ладони вожака. Враг рефлекторно поднял еe вверх, так что меч задел только мизинец.

Берсерк высвободил руки и смог ослабить чудовищный хват, не давая себя сплющить. Это выиграло ему драгоценные полминуты, за которые подоспел уже Лeлик и разорвал ударом острой сапфировой кости предплечье йети. Мышцы оголились алым цветком, и ладонь разжалась. Мефодий полетел на землю. Он хотел поквитаться с клыкастым соперником сам, но…

— ЗАЧЕМ? — гневно прокричал он, как дитя, у которого отобрали игрушку. — ЗАЧЕМ ТЫ ЕГО УБИЛ? ОН БЫЛ МОЙ!

Нобу времени зря не терял и, пока его напарник возился с рукой, хладнокровно перерезал великану горло. Теперь тот захлёбывался в крови и пытался раздавить надоедливую мошку с какой-то острой палкой, будь она неладна.

— Эй вы, что творите?! — Щукин увидел, как артиллерийский расчёт, не опасаясь за свои жизни, решил подобраться ближе для прицельной стрельбы.

Это заметили пятеро сбившихся в кучу йети. Звериный инстинкт подсказывал им атаковать в слабое место врага. Надо понимать, что передвигались они быстрее глипт и даже умудрялись далеко прыгать. Водник побежал наперерез — из всех остальных бойцов дальнего боя он был ближе всех.

Лицо командующего расчётом побледнело, они промахнулись двумя выстрелами из трёх, а тот, что попал, незначительно задел врагу бок. Йети догадались, что надо уклоняться от железных шариков и бежать зигзагом. Из их рта вырывался пар, а глаза налились красной яростью.

Щукин поднял пласт снега, растопил его и превратил в капли воды. Сформировавшись, они замёрзли и полетели роем по кучке монстров. Соприкасаясь с кожей, они дырявили её и долетали до тёплых внутренностей, где уже растворялись. Одна ранка ещё ничего, но когда их тысячи…