— Тц, — поморщился отец и ткнул пальцем в карту. — Этот кусок чур мой, господа.

— Отлично, значит, все за. Моя управляющая, Марина Васильевна Троекурская, свяжется с вашими стряпчими и подготовит предложение. Не смею никого более задерживать.

Мы не праздновали. Не преломляли вместе хлеб и уж точно не пили из одной кружки. На этой встрече в меню был феод Смольницкого, и заказ повару уже поступил. Снятый на весь день «Империаль» так и остался пустым, а шампанское нетронутым. По меркам обывателя кучу денег выбросили на ветер, но заработали мы целое состояние.

Мне было плевать на свою долю — всё, что я хотел, это бить и бить по Остроградскому, пока его окровавленный труп не свалится без сил. Получив титул графа, я наведу свои порядки, зачем размениваться на меньшее? К тому же управлять разросшимся баронским феодом сложно — придётся растягивать силы и брать лишнюю финансовую нагрузку. В данный момент меня всё устраивало — я контролировал свою небольшую территорию на сто процентов.

А вот титул графа откроет мне доступ к налоговым отчислениям городов, храмов и вассалов. Суммы там немалые — отличный инструмент для решения большинства будущих проблем. Останется только по-другому распределить бюджет.

Бароны согласились на совместный судебный процесс ещё и по другой причине — не хотели появления нового игрока. Ходили слухи, граф подыскивал кандидатуру, чтобы отдать феод Смольницких. После подписания всех бумаг о титуле и закрепления земли никакой суд не примет нашей жалобы. Дескать, поздно спохватились.

— Мои поздравления, сегодня ты уложила этих хряков на лопатки, — сказал я, подавая руку Троекурской, когда она садилась в карету.

— Тише, они ведь могут услышать, — шикнула девушка и забралась внутрь, Нобу и Склодского я отправил сразу к храму, где у нас было запланировано ещё одно мероприятие. — И вообще, своими действиями ты не на шутку рассердишь Его Сиятельство, оно того стоит?

— Мне не нужна земля Смольницких, я собираюсь её продать.

— Что? — подалась вперёд Марина. — Владимир, это ненормально… Поля под пашню лишними не будут. Эй, ты слушаешь меня? — сердито спросила она, когда я отодвинул сетчатую шторочку, посматривая на улицу.

— Да, конечно, не беспокойся, я со всем разберусь. Тебя до суда подбросить?

— Будь добр.

Она раздражённо подняла бровь и застучала носком сапога. Мы молчали. Довольно долго. Слышны были только скрип колёс, покашливания извозчика и проезжающие мимо повозки. В глазах Троекурской сначала читалось желание потыкать в меня чем-то острым, потому что ей не нравилась эта невидимая информационная преграда, но в то же время она желала вести себя профессионально.

Её обязанности тесно переплетались с моей карьерой, потому любые недопонимания справедливо вызывали вопросы. Нужно знать, куда мы движемся, чтобы корректировать развитие феода. Сообщать ей сейчас, что я готов карабкаться до самого верха — не лучшее решение.

— Бесишь.

— Что? — я вынырнул из своих размышлений, взглянув на откинувшуюся на своём месте Троекурскую.

— Ничего, Ваше благородие, — натянуто улыбнулась она.

Это было настолько не в её природе, что до конца дороги я то и дело посматривал в её сторону, но, как только мы пересекались взглядами, она намеренно надевала маску любезности.

— Хорошей вам дороги, Владимир Денисович, — громко и с напускным елейным добродушием пожелала она, когда вышла у здания суда.

Дверца, правда, хлопнула так, что чуть с петель не слетела.

— Ненормальная, — я перекрестился и крикнул кучеру. — Вези к храму!

У входа уже ждали Нобу, Склодский, Потап, Мефодий, а также глава второго отряда Прокофий Щукин вместе со своим десятком и двумя артиллерийскими наводчиками из гарнизона. Кроме них дисциплинированно выстроились семьдесят глипт. Гио я оставил за старшего в поселении — этот в случае чего продержится до вечера. В крайнем случае к нам прилетит Иней с сигналом о помощи. Вопрос безопасности мы тщательно продумали.

— РГО доверило нам спецзаказ в «Жёлтом-6», — объявил я всем, собрав их вокруг себя. — Будем охотиться на саблезубых йети. Умников из РГО интересует феномен берцовой кости этих тварей. Хотят понять, почему такие огромные выродки не проваливаются под снег. За десять дней нам нужно добыть две тысячи образцов. Тогда получим к обычной цене ещё четверть. Задача ясна?

— Так точно, Ваше благородие! — ответил за всех Щукин.

Берцовая кость саблезубого йети стоила 100 рублей, общая сумма добычи выйдет в 200 000 с учeтом бесплатной безлимитной по времени проходки. Прибавьте сюда бонус за срочность и получается 250 000 целковых!

Тут внесу ложку дeгтя, чтобы не захлебнуться слюной: иногда даже за пять отведeнных часов витязи никого не находили — племена отдалились от стоянки людей и умело прятались в снежных полях и горах. В этом и заключалась сложность массовой добычи — обычные отряды самостоятельно столько не добудут.

А второй проблемой можно назвать транспортировку и разделку туш. На холоде чуть зазеваешься и труп превратится в ледышку. Нужны сани и особая порода выносливых морозостойких лошадей, а ещe им корм…