— В точку, хмм. Значит, ты не мастак трепаться почeм зря, похвально, — я отложил в сторону сушeную рыбу, вытер рот грязно-жeлтым платком и бросил его на столешницу. — Ваши интрижки меня не волнуют, но сам понимаешь — грех упускать такую возможность.

— Понимаю.

— Твой граф в последнее время смотрит на мой феод с нездоровым интересом. Я хочу, чтобы ты отвлёк его. Неприятности мне не нужны: делите себе власть как хотите, а меня не трогайте. У меня будут три просьбы — выполнишь их и мы в расчeте.

— А потом ещё три? — иронично процедил Бенедикт.

— Я предлагаю временный союз, а не шантаж. Свои бенефиты ты тоже получишь — я ж не дурак ссорится с будущим князем.

— Союз? — с сомнением уточнил воевода, явно ожидавших услышать другое. — А может, ты сам метишь на место графа?

— Умоляю тебя, я всего лишь маленький никому не нужный барон, без году неделя как им стал. Не хочется потерять всё разом — вот и кручусь, — соврал я, но не во всём.

Мои владения, действительно, были в два раза меньше, чем у других баронов. Всё из-за делёжки феода с отцом, так что формально да — маленький.

— Как ты узнал, кто я?

— Послушай, я же не сказал, что люблю политический стриптиз, совесть имей. Ты поможешь мне, я — тебе и разбежимся. Остальное тебя не касается.

Бенедикт осушил кружку залпом и поставил на край стола.

— Идeт, что там, вываливай побыстрей.

— Другой разговор, — я довольно пододвинулся к нему и принялся объяснять задуманное.

— Согласился? — спросил меня Склодский, пока мы шли, затерявшись в бесконечном потоке эмигрантов со всего мира.

— Да.

— По всем трём предложениям? — удивился он.

— А куда ему деться? Либо с нами, либо будут разбираться с нашим герцогом, а там и князь подключится.

— Тебе нужна круглосуточная охрана, — тоном, не терпящим возражений, ответил лекарь. — Не нравится мне этот хрен.

— Пустое, у него низкая преданность к графу. Так я его и приметил сразу. Он на нашей стороне.

Протолкавшись к трёхэтажному дому песчаного цвета, мы остановились перекусить уличной едой.

— Его лицо. Ты не думал, как оно было пересажено? — спросил вдруг Склодский.

— Без понятия, не задавался этим вопросом.

— Я вот пытаюсь представить, как это технически провернуть, — он куснул свою булку с мясом и уставился перед собой, уходя мыслями куда-то вдаль. — Всё, что я знаю, не бьётся с увиденным. Эту операцию делал искусный мастер.

— Ну так герцог не бедняк какой-то, — пожал я плечами. — Денежки водятся.

— Это да, богатый сукин сын. Ты даже не представляешь насколько.

— Вот тебе и объяснение.

— Всё бы ничего, но лекарей мало. Со всеми, кто хоть что-то из себя представляет, я знаком — ни один из них не владеет подобной техникой.

«А боспорский герцог не перестаёт удивлять».

Впрочем, каждый уважающий себя знатный род старался не светить козырями. Взять того же Остроградского с его талантом «Живой камертон» или профессию ледяного элементалиста у барона Рындина — подобные вещи могли перевернуть ситуацию в пользу владельца, но если знать о них заранее, то эффект не будет столь значимым.

На этой недосказанной ноте мы покинули густонаселённый «Оранжевый-5».

Спустя двадцать дней, город Таленбург.

Итак, наша первая отсрочка сработала — граф устроил чистку в своих рядах. Всё обернулось показательными казнями «перебежчиков». Бенедикт на своё усмотрение выбрал наиболее неудобных ему жертв и подкинул им подделанную переписку с соседями из другого княжества. Информацию покупали дорого, и чем выше ты забирался по иерархии титулов, тем вероятней, что кто-то интересуется тобой.

Обычная практика среди всех «игроков» высшего звена. Пусть владения цели за сотни километров от тебя и ловить якобы нечего, но ты можешь влиять на процессы, преследуя свои корыстные цели. Например, лоббирование засланных марионеток-баронов. При удачном стечении обстоятельств у них есть шанс вырасти до графа или даже герцога за несколько десятков лет и тогда можно будет объявить войну всему великому княжеству. Так называемый «посев».

Или, скажем, ваш конкурент в Межмирье добывает ресурсы в более выгодном секторе и обычными способами его оттуда не выкурить. При этом живёте вы друг от друга слишком далеко, чтобы решить проблему обычным мордобоем. Тогда подкупают доносчиков в стане врага и налаживают связи с естественными врагами неприятеля, чтобы чуть что «подарить» им лакомый кусочек информации.

При этом некоторые умудрялись ещё и прилично заработать на таких махинациях. Сведения покупались и продавались — это такой же ценный товар, как артефакты или амуниция. Порой из-за сказанных вовремя и кому надо пары слов, истреблялись неприступные древние рода. Из-за этого доносчиков страсть как не любили и смерть их была страшна. Однако опасность порождала высокий ценник и соблазн обхитрить феодала.