– Например?

– Например, иметь рядом человека, который всегда готов тебе помочь. Этим человеком всегда была я. Ты меня оттолкнул, но в этот раз ты от меня так просто не избавишься. Я снова поселюсь в твоём чёртовом доме и буду отслеживать каждое твоё движение, каждый твой шаг и действие. Хотела бы я этого не делать, но ты просто не оставляешь мне выбора.

– Зачем ты делаешь всё это?

Болезненный, нечестный вопрос. Если бы он знал настоящую причину, этот вопрос был бы низостью с его стороны, но он не знал. Он до сих пор не знал, что я его любила.

– Потому что ты мне дорог.

Хотела ли я, чтобы он знал? Часть меня хотела. Она жаждала сбросить груз с души. Часть была категорически против, и вот я всякий раз выбирала «золотую середину», чтобы не ощущать этой «полномасштабной» боли.

Я продолжила:

– И было бы неплохо, если бы ты стал дорог сам себе.

Клод вяло усмехнулся.

– Я всё ещё хочу бросить, Нора, но не могу, просто не могу.

– С этим уже можно работать, – старалась я прозвучать более-менее оптимистично, хотя внутри мою душу рубцевали шипы усталости и апатии. Вся эта ситуация с зависимостью Клода подкосила меня. Невыносимо было смотреть, как по наклонной скатывается близкий тебе человек.

– Ладно, останься, – наконец выдохнул Клод, отставляя от себя банку не выпитого пива. – Мы можем попробовать. Ещё раз.

– Очень хочу в это верить.

Клод лишь поджал губы.

После этого разговора мы разошлись по комнатам. Так как Клод ещё не успел привезти мои вещи в мастерскую, как это было оговорено в прошлый раз, зайдя в выделенную мне спальню, я заметила, что всё осталось на своих местах. Будто не было той ссоры. И мне хотелось бы слепо верить, что не было и этой.

Ближе к вечеру мы встретились с Клодом на кухне.

Я поинтересовалась:

– Ты уже отошёл?

– Да.

– Я тут подумала, – подойдя к Клоду ближе, я положила ему руку на плечо. – Может, устроим совместный вечер с Майком и Генри?

– Зачем?

– В качестве моральной поддержки.

– Так ты им рассказала?

Мне нечего было скрывать.

– Не рассказывала. Но, думаю, они и сами прекрасно догадываются о твоих проблемах.

– Ну, ладно.

Ночью, уже лёжа в своей кровати, я начала мониторить социальные сети на предмет высказываний в адрес Клода на фоне его недавнего интервью с Джоном Андерсоном. Увиденное там, меня, собственно, не удивило. Поклонники разделились на два лагеря: одни говорили, что разочаровались, другие заявляли, что Клод молодец, раз рискнул свободно выражать своё мнение и позицию. Ну а хейтеры же получили ещё больше причин его ненавидеть. На некоторых комментариях я задерживалась дольше, чем на прочих.

«Раньше я была поклонницей Клода Гарднера. Ровно до этого момента. У него что-то с головой, и это видно. Мне жаль его».

«Что вы пристали к человеку? Он живёт, как хочет, как требует его душа. Мы в свободной стране вообще-то. Подумайте – Клод точно бы свихнулся с катушек, загоняй он себя в удушливые рамки».

«Есть нормы приличия, о которых этот клоун явно не знает. К чему он призовёт в следующий раз? К насилию? К травле обычных людей, которые не выглядят, как он? Вот вам обратная сторона толерантности. Скоро мир перестанет признавать обыкновенных людей, и всё из-за таких уродов вроде него».

«Я подхожу к этой ситуации более философски, опираясь на то, что никто не в праве никого судить. Клод ведёт себя в соответствии со своим внутренним «наполнением», он никого не призывает быть, как он. Тот, кто поддаётся чужому мнению, сам делает свой выбор, и это целиком и полностью его проблемы, раз он такой легко внушаемый. Про Лолиту – отдельная тема. Мне кажется, все забыли, что когда-то в древности совсем юных девочек отдавали замуж за взрослых мужчин, и тогда это считалось нормой. Клод не призывает к принуждению и педофилии, он просто выразил своё мнение. Но есть один момент касательно одежды Клода, который я разделяю с некоторыми комментаторами: раньше Клод одевался стильно и со вкусом, гармонично. Теперь он словно доставал первую попавшуюся вещь из шкафа и надевал её на себя. Все мы знаем, что Клод всегда был сам себе стилистом, но теперь ему, кажется, требуется реальный и хороший стилист».

«И этот убогий фрик – кумир тысяч людей? Желаю ему сгнить в психушке, мразь конченная».

«Его обращение к фанатам – просто фейл века…»

«Я всегда знала, что его любовь к травке ни к чему хорошему не приведёт. Желаю ему вовремя одуматься. Как актёр-то он хороший».

Вдоволь начитавшись, я закрыла все социальные сети и решила позвонить Генри.

– Привет, Генри. Извини – обещала тебе перезвонить, но знаешь… Было немного не до этого.

– Всё плохо? Как я и предполагал?

– Боюсь, что да.

– Майк думает, что Клод сидит на чём-то покрепче травки.

– Слушай, мы решили немного оторваться вместе: я, Клод, ты и Майк. Приходите завтра к шести. Думаю, это то, что ему нужно. Но предупреждаю, – сделала я паузу, – ничего спиртного, никакой марихуаны и прочего. Только мы вчетвером, игровая приставка и обыкновенные сигареты.

– Если это поможет ему, то разумеется, – без раздумий согласился Генри. – Пойду передам Майку. До завтра, Нора.