Доктор Хейл: Не думаю.

Э. Дж.: Может, в другой раз.

Доктор Хейл: Не думаю.

Э. Дж.: А вы не хотели бы услышать о моих фантазиях?

Доктор Хейл: Я уже их слышала. Не думаю, что это будет продуктивно. Нам нужно говорить о том, как вернуть вашу жизнь в правильное русло.

Э. Дж.: Да, но это мой сеанс терапии. Я его заслужил. И я хочу поговорить об этом.

Доктор Хейл: Вы сказали, что хотите ходить на эти сеансы, потому что хотите, чтобы я вам помогла.

Э. Дж.: Да, но я уже долгое время хожу к вам, и все согласны с тем, что мы не очень продвинулись. Возможно, лучше попробовать сделать по—моему. Говорить о том, что мне хочется обсудить, для разнообразия.

Доктор Хейл: Послушайте…

Э. Дж.: И именно об этом я хочу поговорить. Понимаете, док?

Доктор Хейл: …

Э. Дж.: Док?

Доктор Хейл: Хорошо. Продолжайте. Расскажите мне о своей «фантазии».

Э. Дж.: Не волнуйтесь так. В этом нет ничего безумного. У меня просто есть фантазия, что я сижу за столом для игры в крэпс в «Фоксвудс», а рядом со мной садится безумно сексуальная женщина.

Доктор Хейл: Ладно…

Э. Дж.: Она не произносит ни слова, даже не называет своего имени. Она просто пододвигает ко мне напиток, и я понимаю, что она хочет меня. А потом она приходит ко мне в номер, и мы занимаемся сексом всю ночь напролёт, как животные. А когда всё заканчивается, она уходит, и я больше никогда её не вижу.

Доктор Хейл: Это прекрасно.

Э. Дж.: Сарказм вам не к лицу, док. Я изливаю вам душу. Вы могли бы проявить немного, ну, знаете, эмпатии. Вас этому не учили в школе психотерапевтов?

Доктор Хейл: Я просто не считаю эти сеансы продуктивными. Как я уже говорила, я была бы рада направить вас к одному из моих замечательных коллег. Я бы покрыла расходы на сеансы.

Э. Дж.: Нет. Мы не будем этого делать.

Доктор Хейл: Почему нет?

Э. Дж.: Потому что я хочу вас.

Глава 22. Триша

Наши дни

Запись останавливается, и магнитофон со щелчком автоматически выключается. Судя по этой записи, Э. Дж. заставлял доктора Хейл продолжать проводить с ним сеансы терапии. Возможно, он шантажировал ее.

Вот только что он использовал для шантажа?

Я не знаю, смогу ли послушать еще сеансы с участием Э. Дж. В звуке его голоса есть что—то такое, от чего у меня мурашки бегут по коже. Достаточно послушать его, чтобы понять, что он нехороший человек.

Он злой.

— Триша?

Я чуть не подпрыгиваю от неожиданности, услышав стук в дверь кабинета. Я едва успеваю засунуть магнитофон в верхний ящик стола, как дверь распахивается. Меня бесит, что в этом доме нет замков.

— Триша? — Итан стоит в дверях, низ его джинсов слегка влажный от снега, хотя на нём ботинки. — Что ты здесь делаешь?

Я беру ручку, которая лежала на столе, и демонстративно постукиваю ею по блестящей деревянной поверхности. — Я решила, что раз делать особо нечего, то можно немного поработать над резюме.

Это вполне правдоподобная ложь. Сейчас я в поиске работы. Раньше я работала в онлайн—журнале. Вы знаете, о чём я: двенадцать советов, как свести с ума своего парня, пять рецептов, которые помогут в спальне, как сбросить пятнадцать фунтов, даже не пытаясь. Я была мастером по созданию кликбейтных заголовков. Но потом, прямо перед свадьбой, журнал неожиданно обанкротился. Я не собиралась искать работу во время медового месяца, так что это дало мне повод отложить этот вопрос на более позднее время. И вот так получилось, что я уже почти полгода безработная.