Не то чтобы я не хотела работать. Я хочу. Я бы с удовольствием была полезным членом общества. Но я помню, сколько времени ушло на то, чтобы найти постоянную работу в журнале, и мне не хочется снова ходить по собеседованиям. Отказ ранит, даже если это часть процесса трудоустройства.

И теперь поиск дома стал ещё одним поводом этого избежать. В конце концов, переезд и, возможно, ремонт в доме потребуют полной занятости. И, конечно же, теперь ещё и моя беременность.

Итан, видимо, думает о том же, потому что морщит нос.

— Ты сейчас ищешь работу? Но ведь скоро у нас будет ребёнок.

— Не так скоро, — замечаю я, хотя втайне с ним согласна. — Не знаю, удастся ли мне что—то найти, но ведь поискать не помешает, верно?

— Верно. То есть ты можешь поискать, если хочешь. Но если ты хочешь остаться дома на время беременности, я не против. — Он улыбается мне. — Более чем не против.

По всему моему телу разливается тепло. Я сорвала джекпот в замужестве. Не знаю, почему он не нравится моим друзьям. Всякий раз, когда мы говорим о нём, они говорят: «Это тревожный сигнал» или «Это ещё один тревожный сигнал». Но Итан — действительно хороший парень. Какое значение имеет то, что до меня у него было мало девушек? И почему тот факт, что он потерял родителей и у него почти нет родственников, должен быть причиной, по которой я должна избегать его?

Моя мама сказала бы, что они завидуют. В конце концов, у меня есть великолепный, богатый муж, который хочет, чтобы я принадлежала только ему.

Я прочищаю горло. — Ты достал ноутбук?

Он торжествующе поднимает свой MacBook.

— Я чуть не провалился в снег глубиной в два метра, но я его достал.

Я оглядываю комнату. Когда мы впервые сюда вошли, глаза Итана загорелись, и он заговорил о том, как сильно хочет превратить эту комнату в свой кабинет.

— Ты хочешь работать в этой комнате?

— Вообще—то, — говорит он, — не особо. Это большая комната, и мебель в ней хорошая, но здесь нет естественного освещения. Есть только одно крошечное окно.

Я оглядываюсь через плечо на окно, о котором идет речь. Он прав. В большинстве комнат есть огромные панорамные окна, но в этой их нет. Возможно, именно поэтому она выбрала эту комнату для приема пациентов. Потому что она такая изолированная.

— Так что я пойду работать наверх, — говорит он. — Ты можешь остаться здесь, если хочешь.

— Наверное, так и сделаю.

— И это здорово, что ты работаешь над своим резюме, — добавляет он, — но для протокола: я с радостью буду содержать тебя до конца твоих дней, если ты этого хочешь.

Я этого не хочу, но от его предложения мои щёки краснеют от удовольствия. Он говорит серьёзно — это я точно знаю. Он хочет провести всю свою жизнь, заботясь обо мне.

Конечно, мои друзья, скорее всего, назвали бы это ещё одним тревожным сигналом. Он пытается контролировать тебя с помощью денег. Чушь собачья. Он просто хороший парень.

— В любом случае, — говорит Итан, — ты в порядке? Тебе что—нибудь нужно?

— Нет, я в порядке.

— Ты уверена?

— Я уверена. Правда.

Теперь мои щёки горят, потому что мне стыдно за то, что я хочу, чтобы он ушёл. Я хочу, чтобы он ушёл, и я могла продолжать слушать эти записи. Это быстро превратилось в своего рода зависимость.

Раскроют ли эти записи тайну того, что на самом деле случилось с доктором Адриенной Хейл?

Я не могу уйти из этого дома, не узнав правду.

Я выдвигаю нижний ящик стола. Перебираю кассеты, и моё внимание привлекает одна из них. ЛЮК. Парень. Зачем ей запись с парнем?

Я достаю кассету из ящика и вынимаю её из футляра. Извлекаю кассету с Э. Дж. и вставляю новую в плеер. Затем нажимаю «воспроизвести».

Глава 23. Адриенна

Ранее

— Люк сегодня на месте?

Глаза Глории загораются от моего вопроса. Но она понятия не имеет, почему я хочу поговорить с Люком, а я не собираюсь ей рассказывать. — Да, он здесь. Он помогает доктору Гриффиту в комнате для документации в задней части здания.

Мой первый пациент в бесплатной клинике придёт через пятнадцать минут. Я пришла пораньше, чтобы поговорить с Люком. Я не была уверена, что встречу его здесь, но раньше замечала, что он часто появляется в клинике, когда у меня запланированы здесь сеансы. Просто совпадение? Возможно. Посмотрим.

— И еще, — добавляет Глория, — тебе оставили еще одну открытку. И немного шоколада.

Она протягивает мне маленькую коробку дешевых шоколадных конфет с маленьким прямоугольным розовым конвертом. Несмотря на то, что я отчаянно пытаюсь найти Люка, я всё же трачу секунду на то, чтобы вскрыть конверт. Я достаю из него маленькую открытку с одинокой птицей, летящей в голубом безоблачном небе. Раскрываю ее и читаю неровный текст: