Я стояла в очереди у банкомата, сжимая в руках карты, как спасательный круг. Экран мигал, предлагая выбрать сумму. Пальцы дрожали, но я вбила максимально допустимый лимит. Машина зашумела, выплюнула купюры. Повторила это снова и снова, пока пластик не закончился, а сумка не наполнилась наличными.

«Это не побег, - твердила себе.
– Это страховка. Просто страховка».

Вышла на улицу. Утро было сырое, ветреное. Люди спешили на работу, кутались в шарфы, прятали лица. Я шла среди них, чувствуя, как внутри разрастается пустота. Вчера ещё у меня была «нормальная» жизнь: утренний латте, своя комната, планы на выходные. Сегодня — только эта сумка с наличкой и неясное будущее.

Достала телефон. Экран высветил три непрочитанных от отца, два — от мамы. И одно — от Макса. Последнее я открыла первым.

«Где ты? Я уехал на работу. Ключи под ковриком».

Сглотнула. Хотелось ответить, но слова не складывались.

Вместо этого набрала матери.

– Мам, я в порядке, - сказала, прежде чем она успела что-то произнести.
– Просто… мне нужно время.

– Ульяна, твой отец вне себя! Он считает, ты сбежала. Ты же знаешь, как он воспринимает любые резкие шаги…

– Я не сбежала. Я просто… перестала играть по его правилам.

Тишина. Потом тихий вздох.

– Он сейчас звонит, чтобы заблокировать твои карты.

– Пусть.
– Хмыкаю. Я его опередила.
– Я разберусь.

– Береги себя, пожалуйста. Если ты настолько любишь этого Макса... Хрен с вами. Но с отцом нужно помириться.

– Он сам меня выгнал. Пусть сам и извиняется.
– Сбрасываю. Разговаривать дальше нет никакого желания.

Прохожу мимо мебельного магазина и зависаю. Из-за витрины на меня смотрит огромная люксовая кровать. Такая, что на ней поместится весь этаж Макса, а не только мы вдвоём.

Я стою, прилипнув к витрине, и не могу оторвать взгляд. Кровать — воплощение роскоши: массивное изголовье с каретной стяжкой, бархатная обивка глубокого изумрудного цвета, золотые ножки-кабриоль. На таком ложе даже спать будет казаться преступлением — слишком красиво, слишком...

Желание её купить, конечно же, меня пересиливает.

Захожу в магазин. Воздух пахнет полированным деревом и дорогой кожей. Ко мне тут же скользит консультант в безупречном костюме.

– Ищете что-то особенное?
– улыбается он, заметив мой взгляд на витрину.

– Эту, - киваю на кровать.
– Сколько?

Он называет сумму. Я делаю глубокий вдох. "Можешь позволить, — твержу себе."

– Беру. С доставкой на адрес в спальном районе.

Консультант слегка приподнимает бровь, но профессиональная маска остаётся на месте.

– Отличный выбор. Доставка в течение трёх дней. Хотите подобрать постельное бельё?

– Мне нужно доставить её сегодня. Сейчас. Я оплачу все затраты сверху.
– Закрываю его не успевший открыться рот.

Консультант слегка вздрагивает, на секунду теряя профессиональную невозмутимость.

– Сегодня?.. Это будет крайне затруднительно, - он нервно поправляет манжету.
– У нас строгая логистика, склад находится за городом…

Я достаю пачку купюр и кладу её на прилавок — жест более выразительный, чем любые слова.

– Я понимаю сложности. И готова их компенсировать. Вдвое против обычной стоимости доставки.

Он смотрит на пачку, на меня, снова на пачку. В глазах мелькает внутренний конфликт между правилами компании и соблазном получить солидную премию.

– Это… нестандартная ситуация, - тянет он.
– Нужно согласовать с руководством.

– Согласовывайте, - киваю, не убирая карту.
– А я пока выберу постельное бельё. И подушки. И плед. Всё — в тон кровати.

Консультант исчезает в подсобке. Я неспешно прогуливаюсь между рядами, касаясь тканей, вдыхая ароматы дерева и кожи. В голове уже складывается картина: комната, преображённая этой кроватью, удобство и шикарный раздел территории.

Через десять минут консультант возвращается, лицо его выражает смесь обречённости и азарта.

– Директор согласился. Но предупредил: это будет стоить… - он называет сумму, от которой у меня на секунду перехватывает дыхание. Я бы не задумалась о стоимости ещё вчера, но сегодня... Сегодня это дороговато.