— Сказал же, ничего не нужно.

Конечно, я лукавил, и мы оба это понимали.

— Угу, угу, — покивал Леший.

— Так что за просьба? Кстати, меня Алексеем звать, — спохватился я, поняв, что забыл представиться, но лучше поздно, чем никогда.

— Добре. Хорошее имя. А что до просьбы… — Дед весь сжался, становясь ещё меньше и беззащитнее, — Ты от ран меня исцелил, сил своих влил немало, но утекут они в скором времени, потому как древо жизни моё ведьмак уничтожил. Тут ведь как получается, я слежу за лесом, оберегаю его обитателей, навожу порядок, а он тем временем делится со мной силой, которая скапливается в древе жизни.

Это я и так знал, но услышать подтверждение из уст Лешего, было не лишним. Единственное, что не укладывалось у меня в голове…

— Как отступник сумел его найти? Насколько я в курсе, древо жизни должно быть спрятано от постороннего глаза.

— Угу, — закивал Леший, — Должно и было. За семью печатями и семью заветами. Не знаю, как этот супостат его обнаружил, но, ежели тайна сокрытия перестала быть таковой, дело плохо. Это угроза всему нашему виду, — засуетился Хозяин леса, — Нужно предупредить соседей. Срочно!

— Погоди Фёдор Никитич, не суетись. Один день точно ничего не изменит, а пара часов — и подавно.

Дед вскинул на меня обеспокоенные глаза.

— Ты не понимаешь!

— Да всё я понимаю. Что за просьба-то?

— Ах да, — опомнился старик, — Лесу нужно новое дерево жизни.

— И? — произнес заинтересованно, подталкивая старика к дальнейшему разговору.

— Что бы оно выросло, необходим особенный росток, а он… его можно найти только на Кромке. Принеси мне его, Алексей, очень тебя прошу. Ты — Кромешник, ты можешь.

Что-то такое я и предполагал.

— Хорошо, — кивнул согласно.

— Вот так просто? — опешил Леший, который готовился долго меня уговаривать.

— Вот так просто, — улыбнулся в ответ, — Почему бы и нет?

— Кх-м, не ожидал. Спасибо.

— Благодарить потом будешь, лучше скажи: знаешь, где этот росток на искать?

— Да. Растёт в низинах, по берегам рек и ручьёв. Обычному глазу не видим. Для обитателей Кромки вреден и крайне опасен.

— Потому как в нём сосредоточена жизнь, — произнёс тихо.

— Именно так, юноша.

Хе-х, давно меня так не называли. Сначала хотел возмутиться, но потом понял, что для старика, прожившего не одну сотню, а может и тысячу лет, я действительно всего лишь мальчишка.

Леший описал мне как выглядел росток Древа жизни и что нужно сделать, чтобы он не погиб при переходе с Кромки в Явь.

— Сейчас пойдёшь? — поинтересовался Хозяин леса.

— А чего тянуть? Только…

Я перевёл взгляд на Варвару, которая сидела на мху под кронами дерева и играла с бельчонком, весело хихикая.

Откуда он только взялся?

Зверёк громко пищал, прыгая около рук девочки, периодически тыкаясь носом в маленький кулачок, в котором было что-то зажато. Наверняка, какое-то лакомство.

Точно! Когда мы выезжали, Кузьма сунул мне целый пакет орехов, мол, в дороге пригодится. Скорее всего, один из них и был зажат в детской руке.

Вздохнул, пытаясь решить, брать Варвару с собой или нет.

Таскать уставшую девчонку по Кромке не хотелось, даже не смотря на то — что она провела там всю свою жизнь. Оставлять здесь тоже было проблематично. Конечно, Леший не откажется присмотреть за девочкой, но ведь она не станет его слушать. Умотает куда-нибудь, ищи потом.

Значит, придётся брать.

— Кстати, — обратился я к Фёдору Никитичу и указал кивком на лежащее в отдалении тело убитого отступника, — Надо бы как-то похоронить. Он хоть и был падалью, но всё равно не по-человечески это.

— Хм-м, сначала хотел отдать на съедение своим зверям, но, пожалуй, ты прав, не нужно им такую гадость жрать, ещё заразятся чем нехорошим. Силёнок у меня пусть и маловато, но на такое дело хватит.

Леший вскинул руки и что-то зашептал на непонятном мне языке. В это же мгновение земля под телом мёртвого ведьмака начала расходиться в стороны, а он сам медленно проваливаться на глубину. Как только отступник скрылся с наших глаз, земляной покров встал обратно на место.

Старик демонстративно отряхнул руки.

— Вот, так-то лучше.

— Бесспорно, — кивнул в ответ, — Варя!

Девчонка подняла на меня смеющиеся глаза, а я застыл. В первый раз видел такое выражение на лице дочери Хозяйки Медной горы. Сейчас она не была каким-то мистическим существом, передо мной сидела радостная маленькая девочка, которая наслаждалась радостным времяпровождением.

— Дядя Леша, смотри.

Малышка раскрыла ладонь, на которой лежал очищенный грецкий орех, и бельчонок, увидев вожделенную добычу, тут же запрыгнул на руку, ухватил лапками лакомство и вцепился в него зубами.