— Что-то я не вижу никаких товарищей, — спокойно произнёс он.

— Зато они вас видят, — ответил я, чуть водя горячим шаром из стороны в сторону. — Опустите оружие, давайте по нормальному поговорим.

Другой зональщик, повыше и похудее, переглянулся с товарищем и чуть опустил ромовик. Палец на спусковом крючке, мышцы напряжены.

— С рудника сбежал? — спросил он, разглядывая мою чёрную робу с белыми полосами.

— Не, робу взял поносить, — ответил я. — А вы кто такие?

Старший усмехнулся, но опускать ромовик не стал.

— А ты сам кто такой, чтобы вопросы задавать? — спросил он с нахрапом в голосе. — Беглый зэк, в мокрой робе, безоружный, если не считать твоей игрушки. Стоишь у нашего родника, на нашей территории, и ещё что-то требуешь.

— Во-первых, родник не ваш, — сказал я спокойно. — Во-вторых, эта, как ты сказал, «игрушка», и мои бойцы могут сделать вам очень больно, — я чуть приподнял ладонь, и шар полыхнул ярче, отбрасывая оранжевые блики на его лицо. — А в-третьих, я не требую, а предлагаю поговорить по-хорошему. Если не хотите — валите отсюда.

Старший прищурился, оценивая меня.

— А если мы не уйдём? — спросил он, хмуря брови.

— Тогда у вас будут проблемы, — ответил я, глядя ему прямо в глаза. — Первым делом я выжгу вам глаза этим шаром, а мои люди завершат начатое. А после мы заберём ваши ромовики, рюкзаки и всё, что у вас есть.

Я говорил спокойно, констатируя факты.

— Смотри-ка, бойкий, — усмехнулся старший. — И много вас тут?

— Достаточно, чтобы справиться с двумя зональщиками, которые не могут даже понять, что их держат на прицеле, — сказал я. — Хотите проверить?

Зональщики молчали и в тишине было слышно, как потрескивает и шипит огненный шар у меня перед ладонью. Держать шар, на удивление, было довольно легко и расход эфиров был совсем незначительным.

Старший посмотрел на меня долгим взглядом, а потом медленно закинул ромовик за плечо. Высокий тоже последовал его примеру.

— Ладно, чего нам делить. Воды всем хватит, — сказал старший, расправляя плечи. — Мы свободные зональщики. Я — Павел, — он кивнул на напарника, — а это Денис.

— Ярослав, — представился я, убирая шар, но оставляя жар в груди. На всякий случай.

Павел шагнул ко мне и мы пожали друг другу руки. Судя по его крепкому рукопожатию и сухой, мозолистой ладони — этот зональщик парень достаточно сильный и уверенный в себе. Денис подошёл следом, пожал мою руку чуть дольше, чем того требовал этикет, внимательно глядя в глаза.

— Взял арестантскую робу поносить, говоришь? — спросил он. — И как тебя занесло в Ирию?

— Долгая история, — ответил я. — Как-нибудь потом расскажу.

Павел присел на камень у родника, зачерпнул пригоршню воды, отпил и остатками воды ополоснул лицо. Денис тоже наклонился и стал жадно пить из каменной чаши, куда стекала вода из родника.

— Мне нужна экипировка, оружие, информация, — сказал я. — Готов взаимовыгодно обменять.

Денис выпрямился, вытер рот рукавом, окинул меня взглядом с ног до головы. Его глаза задержались на моём поясе, где висел сдохший стабилизатор Виолы, потом на чёрной робе и пустых руках.

— Обменять? — переспросил он с усмешкой. — А что ты можешь предложить? У тебя же ничего нет, кроме робы и стабилизатора.

Он прищурился, разглядывая коробочку на моём поясе и его глаза округлились.

— Он же у тебя не работает! Не горит ни разу! — воскликнул он, переводя взгляд на моё лицо. — В Ирии без стабилизатора… как ты тут вообще выжил?

Павел оторвался от воды, посмотрел на меня внимательнее.

— Точно, — сказал он. — Мы даже пяти минут без прибора не держимся, а ты как смог?

Я полез в карман, достал камень-гармонизатор и показал им.

— Вот это помогает, — сказал я. — Нашёл пару штук. Камни эти давление гасят не хуже стабилизатора.

Павел и Денис переглянулись, их астральные тела выдали жадный интерес.

— Где взял? — глухо спросил Павел.

— Есть места, — ответил я уклончиво.

— И много камней в этих местах? — уточнил Денис, подходя ближе.

— Достаточно, — сказал я, пряча камень обратно в карман. — Мне нужна экипировка: одежда нормальная, рюкзак, ромовик с запасными ромблоками, ножи, зажигалка или кресало, топор, еда, фляги. Всё, что есть могу обменять на камень.

Павел оглянулся на Дениса. Тот молчал, но я видел, как у него забегали глаза, прикидывая, сколько стоит такой камень.