Я проверил астральным телом уходящую налево едва заметную тропку и никого не обнаружил. Но у меня дальность не такая большая, а было бы очень хорошо узнать, не ждёт ли нас там засада. Кто у нас там эксперт по дальнему видению?

— Амату, — сказал я, показывая на тропу и посылая ему визуальный образ плато. — Посмотри, что там. Есть кто?

Он поднял голову к небу, посмотрел на небо. Постоял так секунд пять, а потом покачал головой.

— Не видишь? — спросил я.

Амату снова покачал головой. А потом сложил руки, словно крылья, и помахал ими. И снова покачал головой.

— Ты через птиц что ли смотришь? — удивлённо спросил я.

Он кивнул.

Вот это да! Невероятно… Он может видеть то, что видят птицы! Сейчас, правда, не видит, так как сейчас никто над нами не летает, но в принципе! Я представил, как это работает, и у меня дух захватило — видеть всё вокруг на километры вперёд. А если ещё приручить орла какого-нибудь, чтобы всегда рядом был, то вопрос с разведкой был бы полностью решён.

Я ещё раз вернулся к своему плану основать в Ирии поселение, а точнее военный лагерь, форт или крепость. Найти хорошее, защищённое место, собрать верных людей, обучить их магии. С помощью видения через птиц мы будем знать о любых приближающихся врагах. Набрать мощь, деньги на торговле камнями-гармонизаторами и ядрами. Ну а потом уже и в княжестве можно будет земли купить, титул. А ещё лучше — отберу себе земли у отца и брата за то, что они меня на рудник упекли. Или…

Я посмотрел на Амату, и внутри кристаллизовалось твёрдое решение — я научусь всему, что умеет этот ириец: видеть через птиц, материализовывать клинки и другим его навыкам. Обязательно.

— Ладно, — сказал я. — Идём дальше.

Мы свернули налево, на запад. Тропа сужалась, скалы нависали сверху, становилось темнее. След вился между камней, и я видел, как тело волокли, не останавливаясь. Кровь капала реже, но совсем не пропадала.

Я шёл и думал про способности Амату. Он материализует металлические клинки — это чистая работа ментального тела: представить предмет до мельчайших деталей и наполнить его эфирной энергией. Если я научусь этому, то смогу создавать оружие из ничего! Это первое, что мне пригодится для своего форта в Ирии.

А что если можно материализовать не только металл, не только оружие? Если он может создавать металл, значит, может создавать и другие материалы. Камень, дерево, может быть, даже воду. Ограничение только в воображении и количестве эфира.

Он видит через птиц. А может, не только через птиц? Может, можно подключаться к чужому сознанию, к глазам вообще любых живых существ? Это уровень ментальной связи, о котором я даже не думал. Если я смогу так же — буду знать всё, что происходит вокруг. Область применения — широчайшая! И возможности тоже.

И он умеет скрывать своё присутствие. Я не чувствовал его астрал, когда он прятался за валуном. Он может становиться невидимым для магического сканирования. Это идеальная маскировка. И он умеет читать чужие намерения на уровне ментала — подобно тому, что я считываю на уровне чувств — астрала. Я чувствовал это, когда он касался моего ментального поля. Он не лез в голову, но как-то понимал, что я хочу сделать, куда двинусь. И вообще, такое впечатление, что он меня всё лучше понимает даже без моих визульных образов. Может, считывает мои мысли тоже?

Я шёл и мысленно перечислял умения Амату: материализация, зрение птиц, ментальная связь, травничество, ментальная защита, чувствование эфирных потоков, передача жизненной силы, материализация материалов, маскировка, чтение намерений. Десять способностей. И это только то, что я уже видел. А сколько ещё того, о чём я даже не догадываюсь?

Я научусь. Всему. Последовательно, шаг за шагом.

След вился между камней, иногда пропадал совсем, и я терял его, но потом находил снова — бурые пятна на серых скалах. Тащили быстро, волоком, почти не останавливаясь.

А вот и последний подъём на плато. Я остановился и вытянул эфирку, прощупывая пространство. Она отозвалась сразу — там, впереди, за рощей, чувствовалось присутствие. Один человек или крупное животное. Не движется.

Астрал я тоже запустил вперёд, пытаясь уловить эмоции: страх, злость, боль, хоть что-нибудь. Ничего. Пусто. Или человек без сознания, или специально закрылся, или…

Я не стал гадать. Жар в груди набрал до предела, готовый в любой момент выплеснуться огненным шаром. Ромовик снял с предохранителя, палец положил на спусковой крючок.

— Амату, — тихо сказал я, — прикрой.

Он кивнул и я почувствовал, как его ментальное поле вытянулось вперёд, готовое к атаке.

Я медленно и осторожно вышел на платоу и замер.

Под среброкором, между двух маяков лежал человек. Руки раскинуты, голова запрокинута, глаза закрыты. Лицо бледное, почти белое, но грудь поднималась и опускалась.

Захар.

Я рванул вперёд, упал на колени рядом, схватил его за плечо.

— Захар! — крикнул я ему в ухо. — Захар, слышишь меня?