— Куда ведёт этот путь? — спросил чародей.

— Есть легенда, что четыре столетия назад Ужасный царь устроил в этих местах кровавую бойню, — начал Арсений Павлович. — Город погибал, но одному из волхвов приснился Святогор. Он сказал, что пока он покоится здесь, город будет стоять.

Градоначальник осторожно нащупал ногой доску в полу и отодвинул её. Под доской оказался каменный проход, ведущий в неизвестность.

— Я изучал городские архивы, — продолжил он. — И о Святогоре там мало что сказано. Но когда вы показали мне летопись, я вспомнил: если богатырь действительно похоронен здесь, то его усыпальница находится под этой землёй.

— В стенах крепости? — Константин начал понимать, куда может вести проход.

— Возможно. Эта крепость буквально построена на костях. Пять веков назад её перестраивали. Говорили, что здесь была усыпальница. Туннели, как я полагаю, изначально вели туда.

Константин ощутил магическое присутствие. Кто-то мягко коснулся его плеча. Чародей вздрогнул.

— А, это ты, мой друг... напугал меня, — сказал он, увидев Златокрыла.

Жар-птица, почувствовав необходимость помочь, спустилась к Константину.

— Я спускался в эти туннели, — продолжил Арсений Павлович. — Но страх остаться там навечно быстро выгонял меня обратно.

— Значит, придётся идти в неизвестность, — твёрдо сказал Константин, поглаживая перья Златокрыла.

Он повернулся к градоначальнику:

— Готовьте город к осаде. Меня не ждите. Даже если туннели обрушатся, я выберусь.

— Будьте осторожны, — Арсений Павлович нервно взглянул на тёмные своды. — Ваши друзья мне не простят, если вы не вернётесь.

— Если там нет злых духов, я думаю, бояться нечего, — усмехнулся Константин, хлопнул Арсения Павловича по плечу и вместе с Златокрылом шагнул во мрак.

***

На его плече уютно устроилась жар-птица, озаряя тёмный туннель мягким золотистым светом, струившимся от её оперения. Константин чувствовал, как потусторонняя энергия, тонкая и едва уловимая, наполняет воздух. Каменные стены туннеля, покрытые глубокими трещинами, говорили о времени, прошедшем с тех пор, как здесь ступала нога человека. Своды осыпались землёй, а капли воды, словно слёзы заброшенной пещеры, дробили гнетущую тишину.

— Вытащи нас, если почувствуешь, что грозит обвал, — прошептал он Златокрылу, голосом, который эхом отозвался в туннеле. — Кажется, мы идём целую вечность…

Туннель становился всё глубже. Поглощённый светом жар-птицы, Константин даже не заметил развилку, которую они миновали. Златокрыл явно знал путь: его перья засверкали ещё ярче, ослепляя чародея.

— Пролети вперёд, — попросил Константин, прикрывая глаза от яркого света.

Огненная вспышка метнулась вглубь туннеля, оставляя за собой золотой след. Чародей ускорил шаг и вскоре оказался в просторной пещере с высокими потолками, украшенными сталактитами, и звуком журчащей воды.

Константин шагнул вперёд. Свет от его рук освещал путь. Он заметил, как Златокрыл замер, усевшись на большой белый камень у дальней стены пещеры.

— Здесь и правда кто-то похоронен, — прошептал чародей, а его слова эхом отразились от стен.

Перед ним стояла старая, прогнившая деревянная дверь. Константин подошёл ближе, осторожно приоткрыл её и проник внутрь. Его шаги раздались гулким эхом в кромешной темноте. Он зажёг пламя на ладони, осветив помещение.

В центре зала возвышался могильный курган, увенчанный огромной каменной статуей богатыря Святогора. Каменный воин держал меч, пронзающий землю, а у подножия монумента лежала могильная плита с выцветшей надписью:

«В лето 6678, месяца августа и 3 дня, преставися защитник Святогор, держащий мир и покой между людьми.»

— Здравствуй, Святогор, — сказал Константин, проведя рукой по пыльной плите. — Прости, что нарушаю твой покой…

Он упёрся сапогами в каменную плиту и начал сдвигать её. Напряжение отразилось на лице чародея, он покраснел от усилия.

— Ну же... давай… — стиснув зубы, прошептал он.

Плита наконец поддалась, и скрежет камня по камню разорвал тишину. Константин сдвинул её, открыв вид на содержимое гробницы. Под плитой виднелись огромные кости, облачённые в ржавую кольчугу.

— Святогор… — прошептал чародей, глядя на останки.

Но меча в руках богатыря не было. Константин обыскал всё, но ничего не нашёл. От досады он едва не разбросал кости.

— Нет… — пробормотал он, отступая на несколько шагов. — Прости меня, Святогор… — чародей присел у подножия кургана, обхватив лицо огненными ладонями. — Почему меча здесь нет? — его голос дрожал от отчаянья.

Мысли хлынули потоком. Меч, такой мощный и опасный, вряд ли могли оставить в гробнице. Возможно, Святогор передал его кому-то, кому доверял.