– Не знаю, – говорю я. – Она не говорила.

– Мне надо, чтобы ты за ней присматривала. С тобой она разговаривает. Кейси нужна ее старшая сестренка.

Как будто я не проводила с ней каждый день после аварии. Но ему кажется, что я постоянно подвожу их обоих.

Я сглатываю комок ненависти, вставший в горле.

– Да, пап. Конечно. У меня все под контролем.

Глава 23. Эр Джей

– Как вы думаете, что автор здесь описывает?

Вторник, и мистер Гудвин сидит на краю стола, держа в руке роман. Он снова закатал рукава, а это значит, сегодня нам несдобровать. Мужик невероятно охоч до коллективных обсуждений.

– Ужин, – отвечает какой-то послушный песик с передних парт.

– Да, но помните, мы говорим про подтекст. А автор дает нам подсказки, чтобы расшифровать его истинные намерения. Какие слова бросаются вам в глаза в этой сцене?

– Щелка, – говорит Лоусон рядом со мной, пожевывая ручку.

– Допустим. – Вдохновленной хоть каким-то участием в дискуссии, Гудвин спрыгивает со стола и записывает слово на доске. – Еще?

– Крепкий, – дополняет Лоусон. – Колбаса.

Класс быстро улавливает его намерения и начинает хихикать, пока учитель бесстрашно добавляет эти слова в список.

– Мистер Кент. – Он оборачивается к Лоусону с наигранно укоризненным взглядом.

– Да, сэр?

– Мы всегда рады послушать ваши интерпретации. Какими вам представляются подтекст и намерения автора в этой сцене?

– Как по мне, звучит так, словно повествователь хочет трахнуть свою семью.

На этот раз все смеются в голос. Мистер Гудвин одаряет его терпеливой улыбкой, а потом поднимает руки, чтобы утихомирить класс.

– Может, вы могли бы выбрать слова поизящнее и объяснить нам, что именно в тексте наводит вас на эти мысли?

– Ну смотрите, мы же все еще не знаем, точно ли это его семья, так? – говорит Лоусон. – Главный герой просто появляется дома, и внезапно мать семейства распаковывает коробки школьной одежды на чердаке, а отец вообще депрессивный домосед и, вероятно, точит топор в гараже. Но тут мы доходим до сцены ужина, и внезапно он восемь страниц описывает мягкую нежную колбасу или что-то там такое. По-моему, очевидное сексуальное напряжение.

От меня подтекст тоже не ускользает, хотя последнее время меня больше интересует явный флирт, происходящий между Лоусоном и нашим уважаемым учителем. Эти двое каждый урок ведут себя так, словно остальных в классе нет.

Слоан: Могло бы быть и хуже, тебе хотя бы не надо ходить в церковь. Хочешь, включу тебе трансляцию лекции о целомудренности от сестры Катерины?

Я: Ну нет уж, спасибо. Я тут смотрю, как Лоусон соблазняет нашего учителя литры. Даже забавно.

Слоан: Этот парень такая шлюшка, что это почти достойно уважения.

Пока мистеру Гудвину не до нас, я переписываюсь со Слоан. Мы теперь постоянно общаемся, хоть она и настаивает, что я пока не заслужил второго свидания. Ударение на «пока». У меня уже вырабатывается зависимость от наших переписок, да и у нее, похоже, тоже, хоть она и не признается в этом даже под дулом пистолета. Собственно, потому она мне так и нравится.

Слоан: Кстати говоря… я слышала, ты там плавки выбираешь?

Я: Чего?

Слоан: Слухи ходят, будто ты в команду по плаванию собрался.

Я: Черта с два. Не собираюсь разгуливать на публике, запихнув член в маленький мешочек.

Слоан: Ты себя недооцениваешь.

Я: Тебе необязательно покупать билет, кексик, можешь просто попросить.

– Мистер Шоу, мы вам не мешаем?

Я поднимаю взгляд от телефона и обнаруживаю рядом с собой мистера Гудвина со скрещенными на груди руками. Спалили.

– Он там, небось, порнуху с инцестами читает. – Картер оборачивается ко мне с первых рядов, чтобы его было лучше слышно.

– Не, – говорю я. – Просто ищу для Лоусона хорошо его психотерапевта, пусть подлечит свою секс-зависимость.

Лоусон подмигивает мне.

– Многие пытались.

Лучший друг и любимая болонка Дюка прожигает меня взглядом, когда его подначка не вызывает реакции. Честно говоря, я не уверен, так ли уж искренне я его раздражаю, раз он не может придумать ничего получше. Это же абсолютно любительский уровень. Я ожидал чего похлеще от хулигана из частной школы.

– Проехали. Давайте вернемся к теме. – Гудвин снова подходит к столу, уже жалея, что спросил. Мне кажется, что нашему учителю втайне нравится вся эта динамика в духе «Повелителя мух», установившаяся в этой зажравшейся группе самодовольных козлов с острыми зубками.