«Привет! Я с парнями в горах. Связь ни к черту. Вернусь через неделю. Напиши ещё раз, чтобы я не забыл. Договоримся о встрече.»

Следом он прислал красивый пейзаж гор на фоне синего неба.

Значит, сначала все же придется поговорить с Мирой. Ох, как я не хочу видеть эту жеманную дуру.

Когда все рыскали в поисках Насти по лесополосе, она закатила истерику с обмороком. Ей вызвали скорую. Не знаю, оплакивала ли она пропажу Насти или свой неудавшийся юбилей. По ходу постоянно пыталась повиснуть на Косте, уткнувшись носом ему в грудь.

Около двух она отправилась спать, в то время как, даже мало знакомые люди бегали по поселку в густом тумане, выкрикивая Настино имя.

Костя смотрит на меня, выныривая из собственных мыслей.

— Ты нормально?

Я киваю в ответ и спрашиваю:

— Кого она боялась, Кость?

— Без единой идеи, малая. Всю башку сломал.

Дома мы разбредаемся по своим комнатам. Через час Костя куда-то уходит. Я слышу его возню в прихожей и хлопок двери.

Я наливаю себе воды и сажусь за переводы. Не успеваю углубиться в текст, как меня отвлекает дверной звонок.

Гадаю, кого принесло и иду открывать.

На пороге стоит Дельфин в выпендрежном бомбере с нашивками. Смоляные пряди лежат волосок к волоску.

— Салют! Ты чего на сообщения не отвечаешь? — Роберт без спроса переступает через порог, обдавая меня горьковатым ароматом парфюма.

— Я тебе Анин старый ноут привез. Помнишь, ты просила?

— Привет, Берт. — Удивлённо произношу я. — Ну, там, вообще-то, только одно сообщение от тебя было. Я просто не придумала, что тебе посоветовать, поэтому не отписалась ещё.

А о том, что мой ноутбук сломался, я говорила месяц назад. Уже сама забыть успела. Странно, что Роберт привез его теперь. Хотя, мило, конечно, что он решил помочь. Он вообще внимательный и добрый.

— Я реально не знаю, что Анютке подарить. Купи ей сертификат в SPA и все дела. — забираю милый ноутбук с наклейками и кладу его на комод. — Идем, чаю тебе налью.

Роберт оглядывает квартиру, словно впервые здесь.

— Как дела? — Спрашивает, пока я вожусь с заваркой. — Как поиски? Мы с Аней волнуемся за тебя, честно говоря. Мутная история. Сколько людей каждый день по стране пропадает? Прости. — осекается он.

— Пока никак. — ставлю перед ним чай и сладости. — Сегодня к следователю ездила.

Длинные ноги Роберта в белых носках перегородили всю кухню. Думаю, что последние пару дней перебор красивых и богатых мужчин на моей кухне. Сначала Федорцов, теперь Дельфин.

Берт — отражение Насти. Они оба — самозванцы на тусовке высшего света, который никогда не примет таких, как они.

У Роберта смуглая кожа и длинные ресницы. Аня влюбилась в него, как кошка, и не стеснялась проявлять инициативу.

— Да ладно, к этому бледному дрыщу?

— Нет, к Смирнову. — Пробую новый сорт чая, делая глоток. — Как думаешь, у Насти были враги?

Роберт сводит брови.

— С чего бы, она же не Мата Хари (прим. — легендарная шпионка, роковая соблазнительница и танцовщица Маргарет Гертруда Зеле). Обычная девчонка. — Он машет головой, отрицая это предположение. — Глупости.

— Смирнов сказал, что она кого-то встретила перед днюхой Дмитриенко. Кого-то, кто её пугал.

— Бред. Может, неадекват какой-то подкатил? Она же красотка была.

— Не знаю. — притягиваю одну ногу к животу, размышляя.

— А ты её картины перебирала уже?

— Нет, а что?

— Может, продать что-то захочешь? Я могу помочь.

Эта мысль вызывает отторжение. Продать? Ни за что. В ее комнате стоит пять картин, не считая набросков. Каждая из них — часть Настиной души, а душу не продают.

— Спасибо, Берт. Не нужно. — рассматриваю его кольца и поднимаю взгляд к глазам. — Я не бедствую.

— А по халупе и не скажешь. — По-доброму усмехается он. — У бабки хату отбила.

— Не поверишь, правда у бабки. — Растягиваю губы в улыбке. — Сын забрал бабулю к себе, а квартиру решил сдавать. Нам с Настей было строго-настрого запрещено что-либо тут менять.

— Ну, закрыв глаза, можно на ретро обстановочку списать. Ладно, я погнал. — Он поднимается и ласково треплет меня по волосам. — Спасибо за чай. Держи нас с Аней в курсе и отвечай на сообщения, а то она группу захвата сюда пригонит. Ты же её знаешь.

— Принято. — Улыбаюсь, представив Аню. Она правда может. — Пойдём, закрою за тобой.