Энзо пожал плечами и вновь глянул на Каю. Подобные мысли его не посещали.

– Что-нибудь придумаем, – выдохнула Кая.

Виль задумчиво кивнул и подвинул стул к их столику.

– Мне скоро перевоплощаться. Странно, но сейчас мне хочется подольше побыть в теле волка. Они мыслят по-другому.

«Они»... Не «мы». Они. Замечает ли Виль то, как часто отрицает свою принадлежность к роду полуволков?

– И как же они мыслят? – резковато спросила Кая.

Виль, похоже, тоже это заметил, и, возможно Энзо это только показалось, но уголки его губ слегка приподнялись. Он тоже ценит ее прямолинейность. Не была ли то искра в его заурядных карих глазах? Он называл ее «Панчлайн». Героиня комиксов. Была ли она такой же дерзкой?

– Когда я волк, я могу делиться переживаниями с остальными полуволками. Это сложно объяснить. Происходит обмен мыслями. Более откровенный. Мы можем позволить себе думать обо всем, о чем запрещаем думать, будучи в теле человека. Когда ты волк, ты... Свободен. Когда ты не говоришь, подбирая слова, а думаешь, избавиться от эмоционального груза гораздо легче. Многие полуволки раскрывали сородичам самые сокровенные тайны, самые большие секреты. Несмотря на внешнюю силу, ты позволяешь себе быть слабым перед родными. И никто тебя не осудит. По крайней мере, так было в Патрии. Но меня... пугала эта свобода. Я не хотел делиться всем. Все-таки были вещи, которые я хотел оставить для себя. Наверное, поэтому мне так это не нравится.

– Это страшно, – прокомментировала Кая, – ты выставляешь свой мозг напоказ.

– Очень подходящее описание, – согласился Виль.

– Разве ты не можешь просто не думать о чем-то? Чтобы другие полуволки об этом не узнали, – поинтересовался Энзо.

– А ты попробуй хоть минуту не думать о том, что тебя беспокоит. Получится, как думаешь, Приц? – грустно усмехнулся полуволк.

Энзо прикусил внутреннюю сторону щеки и сделал вид, что глубоко задумался.

– Актер из тебя никудышный, – наблюдая за ним нахмурившись, сказал Виль.

– Он выделывается. Ты не видел его в деле. Каждый вор – по-своему актер, – заявила Кая.

Виль издал что-то похожее на смешок:

– Если Энзо актер, тогда я балерина.

Сказав это, Виль вдруг принялся жевать нижнюю губу. Энзо понимал, что тот пытается сдержать смех. Он ни раз заставал младшего из братьев Запанс за подобным занятием, в напряженных ситуациях Виль очень часто улыбался, усмехался, смеялся. Даже Энзо было больно наблюдать за ним. Наверное, для Виля Запанса смех являлся не только проявлением радостных эмоций, но и выражением негативных. Интересно, плакал ли он? Или с детства смеялся, как только случалось что-то ужасное?

Вспоминал ли он Уолсена, стоящего на кухне, напевающего очередную песню из рекламы? Отличалась ли память полуволка от памяти человека? Энзо был все еще в огромном шоке от того, что Уолсен был в Патрии в то же самое время, когда в семье альфы появилось пополнение в виде подкидыша. Уолсен застал их мать, бывшую альфу. Помнил ли ее Виль?

Энзо не думал, что подобные вещи могут интересовать его. Он не хотел узнавать большее о людях, заглядывать в глубины их душ. Теперь же ему хотелось знать. Хотелось понимать, о чем они думают и что чувствуют. Странное ощущение. В первые в жизни ему не наплевать на что-то.

В первые в жизни у него появилась одна единственная цель. Быть полезным. Устроить Амелию в школу. Стать Аденом.

Новый шанс. Шанс начать все с нуля, построить новую личность. Кто знает, может Аден ему приживется и Энзо больше не станет обладателем множества имен. Но что он будет делать дальше? Какова цель Энзо? Стать более искусным в своем деле? Или же ступить на верную дорогу? Что случится, когда он выполнит свой долг и все вернется на круги своя?

Что случится, когда он узнает правду?

Дэн Запанс. Старший брат Виля был единственным, кто знал ответы на все его вопросы. Неужели Кая права и он действительно стал зависимым? Невероятный Энзо Приц. Нарушитель. Вор. Должник. Помощник.

«Ты стал таким преданным. Ее-то ты мне и напоминаешь. Вы с ней похожи».

– Все же, нам нужно узнать, есть ли у него родные...

Когда дверь кафе отварилась и дрожащий женский голос заставил всех за столом встрепенуться, Энзо постарался сохранить невозмутимое выражение.

Он ощутил на себе ее цепкий взгляд.

Почему-то первым делом она посмотрела на Энзо. Дэн никак не отреагировал на ее слова.

Амелии было интересно, как чувствует себя равнодушный ко всему человек. Энзо Прицу всегда был наплевать на все, но скорбел ли он по Уолсену, человеку, подарившему им всем новый дом?

«Он был готов укрыть тебя своим телом в машине. Он был готов рисковать собой ради твоей безопасности». – твердил голос в голове.