— Не думал, что ты такая сентиментальная при всей своей ледяной… решимости, — сказал я, когда мы сели по краям скамьи, поставленной у корней Цирита.

— Люди противоречивые создания, — только и ответила Миллиан. — Просто забудь этот эпизод, как страшный сон, потому что он больше не повториться.

— Не могу, — честно признался я. Такие моменты откладываются в памяти на всю жизнь.

Милли закатила глаза:

— Тогда постарайся о нём реже вспоминать, глядишь и получиться забыть.

На пару-тройку секунд повисло неловкое молчание. Нужно было переходить к делу, оставив минуту слабости позади, но это куда сложней чем кажется, а ещё… сердце Таирса. Место наполняло тебя спокойствием и вдохновением? Наверное, одно из его свойств, ради которого мы и пришли сюда.

— Ладно, — вздохнул я. — У тебя есть какой-то план?

— Только приблизительный, — словно очнулась ото сна смотрящая в одну точку школьница. — Будь у нас поддержка Лесного Монарха — проблем бы не возникло, но теперь ресурсы ограничены. Наша единственная возможность — это собрать разбросанные по миру остатки ечгилов и ангелов, и уже потом нанести удар по главным силам в слепой надежде на победу… Но до этого далеко.

— Тебе удалось договориться с ними? — удивился я, иначе не объяснишь её осведомлённость современным положением, хотя она и без того много знает.

— Да, остатки их армий в Таирсе согласились помочь любыми способами, если это не противоречит их принципам и поможет в «очищении мира», — вспоминала Милли, закидывая обе ноги на сидение и обхватывая колени.

— Но…

— Если они сами до сих пор не справились, то что мы можем им предложить? — уловила ход мыслей девушка.

— Разве сейчас не подходящий момент, когда противник обезглавлен? — нахмурился я, чувствуя, что чего-то не знаю.

На этих словах Миллиан, подтвердив мои догадки, сникла ещё больше, её и до того нельзя было назвать «мисс веселье», но теперь взгляд потяжелел, словно нёс на себе груз целого мира, и кто знает насколько это далеко от правды…

— Твоя выходка не принесла никакой пользы — через несколько дней прибыл новый командир, куда опасней прежнего. Ты же не думал, что сюда будут посылать кого-то действительно сильного? Новенький сейчас, вероятно, реорганизовывает подкрепление вместе с выжившими отрядами. Я приняла меры по защите Таирса ещё давно, установив барьер перед гордом и подпитывая тот энергией убитых с твоей руки монстров, но едва ли его теперь надолго хватит.

— Понятно, — протянул я. Непривычно узнавать, что ты, судя по всему, был под колпаком, но куда неприятней, что всё оказалось сложней, чем хотелось бы. — У нас есть чем ответить?

— Кроме самоубийственной атаки в лоб в свете полного незнания о силах противника? — нашла возможность для иронии Милли. — На самом деле один вариант есть, но…

— Но?

— Он на крайний случай, — волшебница потёрла края камня, вершающего браслет.

— А это, случаем, не он самый? — не хотелось допытываться до и без того вымотанной одноклассницы, но пока, мы болтаем, часики тикают. Тик-так, тик-так…

— Лучше скажи, что с твоей сестрой, возможно, есть способ помочь, — ловко увела тему разговора колдунья.

— На неё напал не демон или… не совсем демон, тёмные одежды, секира, металлический голос…

— Приспешник, — догадалась Милли. — Ранения?

— В груди огромная дыра, оставленная лезвием, — воспоминания будили не самые радужные эмоции. Ладонь сильнее сжала подлокотник. — Живёт лишь чудом, но и оно скоро её покинет. И что за приспешник?

— Тот, кто выполняет волю призвавшего его чёрного мага или демона, сломленная, потерянная душа, живущая в вечном рабстве и меняя господ от века к веку, — Миллиан не на долго задумалась. — Думаю, ей можно помочь, проживёт долгую и счастливую жизнь.

«Если мы все не помрём» — хотелось, добавить, но…

— Ты сможешь? — с огнём слетели слова. Такое же пламя сияло в глазах. Не холодное. Горячее. Исправить ошибки, ещё всё можно исправить…

— Да, нужны лишь некоторые условия, — Миллиан встала, разогнув спину с тихим хрустом позвонков. — Сейчас у нас другая задача. Завтра, на этом месте, мы произведем призыв героя из другого мира, который решит все наши проблемы, — девушка нахально улыбнулась напоследок. Вводить людей в состояние аффекта по-любому доставляет ей непреодолимое удовольствие.

— Ась?

***

Весь оставшийся день я много думал. Порассуждать было о чём, однако в настоящий момент следовало не думать, а делать. Философствовать можно хоть всю оставшуюся жизнь, осталось только продлить оную. Поэтому с каждой мыслью сомнений, тревог, страха я боролся тривиально — сказал себе напрочь забыть о них, понимая, что те могут доставить проблем. А у меня более нет шанса на ошибку.

— Да, Кая?

Проводки, трубочки, кислородная маска — всё напоминало глупый театр, чей-то трагичный замысел.