Шрифт:
Она догнала его возле края плато. Больший опыт использования крайних возможностей или желание показать ему, кто тут первый – она не стала думать об этом. Едва мазнув краем глаз друг по другу, не сбавляя скорости, ухнули с крутого обрыва и стрелами ушли под воду.
Даниил вынырнул далеко позади, но быстро догнал её вплавь. Засмеявшись, чуть не утопил в окатившей волне, но, когда она, фыркнув, легко ушла из обхвата и смачно ударила его ладонью по спине, он успокоился и, улыбаясь, махнул направление движение. Поплыли, держась рядом. А, приближаясь к тёмной громаде скалы под храмом, сбавили скорость и почти ушли под воду, вынырнув за глотком воздуха, лишь когда появилось ощущение лёгкой сонливости.
Даниил оказался возле причала первым. И тут же ушёл под воду, пробираясь меж катеров к мосткам. Алиса не успела определить его цель – та проявилась сама. Монах, пахнущий оружием, не выдержал долгой неподвижности и пошевелился. Спустя миг из воды перед ним ввысь рывком вырвался стремительный комок темноты. Последнее, что увидел охранник, - чёрные глаза над нечеловечьим оскалом.
– Можно было не рвать, - почти беззвучно прошипела Алиса, сев на мостки и выкручивая набухшую косу над волной. Она старательно смотрела на волны, усмиряя жажду и не глядя на порванного стража.
– Что ж его, - Даниил весело хмыкнул, - инициировать, что ли?
Алиса перекинула косу на спину и рывком поднялась на ноги:
– Достаточно хребет сломать. Или кадык. Или сердце пробить. Или висок. Или…
Даниил поднял руки:
– Довольно! Я знаю, как убивают.
Замолчав, Алиса с силой провела по одежде сверху вниз, прижимая к телу – с ткани поползла вниз вода, слилась по голым стопам, тут же раздалась по доскам, потекла в накатывающие волны. На море начиналось волнение.
А на плато начинался хаос.
Грузовики остановились, резко развернувшись фургонами к замку. Двери сорвались с петель и из фургонов, бешено визжа, вопя и щебеча не по-человечески вывалились беты. «Братья» уже ждали их: десятки фар на мотоциклах зажглись мгновенно, беря обезумевшую толпу в полукруг. Мотоциклы газовали, а с баков жуткой металлической какофонией надрывались динамики.
– Пошли, пошли! – заорал кто-то, и мотоциклы двинулись на суетящееся стадо.
Беты сперва легко затрусили от приближающихся огней, поскуливая и повизгивая, а потом, когда колёса стали толкать в спины, сбивая с ног, рванулись со всей силы. И сила йахаса проявилась незамедлительно – беты неслись на замок, ревя и воя, отрываясь всё дальше от белых пятен света за спинами. И не замечали этого.
Зато в замки прекрасно видели переполох огней. И ударили в набат.
Алиса подняла голову и, щурясь, посмотрела вверх. За громадой скальной стенки замок скрывался полностью, но в небе зашарили прожектора, заливая облака светящимся индиговым цветом.
Даниил пожал плечами на её задумчивый взгляд:
– Они хорошо работают.
Она кивнула и прикрыла глаза. И увидела тут же, без подстройки.
…Люди в рясах, поднятые по тревоге, бежали по лестнице, топая армейскими ботинками. Сухие ладони срывали замок со стального шкафа. Десятки рук тянулись к цевьям автоматов, привычно прихватывая возле тела. И бегом, бегом, бегом наверх, на площадь перед зданием, под глаза уже вышедшего на суету старца…
Алиса вздрогнула и открыла глаза. Даниил внимательно смотрел на неё:
– Что там?
Она облизала губы:
– Владыка Сергей. Он тут. И отец Борислав тоже…
Даниил ковырнул носком ботинка тело на мостках, разворачивая вверх лицом. Человек с порванной глоткой, из разрыва которой торчали мослы позвоночника, тусклым взглядом застывших глаз обвёл мир. Даниил взглянул ещё раз в замершее лицо и кивнул:
– Встречались, да…
И также ногой столкнул мертвеца в воду. Волна приняла тело и тут же шибанула о борт катера.
Сглотнув, Алиса проводила взглядом белое тело с красной дырой. И потеснила товарища плечом, двинувшись к замку.
– У нас три минуты.
И первой прыгнула на скальную стенку.
…
Глава 57 Прорыв.
Вверх поднялись, налипнув телами на мокрый гранит. Срываясь, когтями продирали ссадины на твёрдом камне, но успевали.
Вверху, на плато, ухнул взрыв. Где-то вдалеке загрохотало, заухало. Даниил задержался, прислушиваясь, и тут же продолжил двигаться. Пояснил на ходу:
– До военчасти добрались. Люди шугнулись.
Даниил мог себе позволить говорить, веселиться и блаженствовать от силы и радости тела, готового к войне, питающегося сладостью энергии её буйства. В миг, когда оказалась возможность зависнуть, не тратя дыхания, Алиса повернулась к товарищу:
– Ты сегодня пил?
Даниил приостановился, завис на одной руке, теша тело приятным потягиванием:
– Ага, - и сощурился.
Алиса отвернулась и вжалась лбом в холодный камень. Объяснять бесполезно. То, что так нельзя. То, что именно так и появляется боль внутри. То, что так не живут. Или это – не жизнь.