Может потому и убивать стала коротко и подойти к ней, вооруженной клинком, и остаться целым, оказывалось не под силу воинам Храма.

Алиса металась. А тело, ощущаемое как натянутый жгут, всё более становилось похоже на комок ваты, сердца темп рвался, жаждой скрученное нутро грызло само себя. Она надрывалась, до конца сохраняя ритм. А нужно было ещё дождаться Даниила и пройти во внутренние покои замка, найти и освободить Прото… Но Даниил всё не появлялся, хотя за пределами замка шум стал стихать и отдаляться.

Она отмахнулась от подскочившей пары храмовников, крутнулась, сбивая атаку подлетевшего со спины. Рывок – укол в горло смахнул полшеи молодому воину. Тот ещё не успел завалиться, как отмашкой в сторону она рубанула по второму. Упали они одновременно.

На их место тут же подскочили другие. Сила йаха позволяла владеть мечом, словно зубочисткой – легко и непринуждённо вонзая в корпуса и пластая тела, не страшась отдачи в руках. С силой, с мощью…

Зал заливало кровью. Она брызгала на белоснежные колоны. Текла по чёрным и белым квадратам, перемешивая шахматную доску жизни в единый поток судьбы. Она била фонтанами на лицо Алисы. И та, прикрывая веки, вдыхала солёный влажный воздух, ощущая, как кожа впитывает красный сок жизни. Губы раскрывались сами… Навстречу.

Она махнула мечом, точно зная, что достанет последнего и – промахнулась.

Распахнула глаза, стряхивая кровавые капли с ресниц.

Человек в белом балахоне держал меч в двух руках, уверенно сводя локти к корпусу и едва заметно водя кончиком клинка, описывая четырёх лепестковый цветок. Командор Борислав.

Алиса облизала окровавленные губы. Словно макнула лицо в стылом ручье в палящий день. И пригнулась, опуская кончик меча, приглашая к атаке.

Командор сдвинулся в сторону – начал обходить по кругу. Стремился выгадать позицию, и прикрыть вход во внутренние покои. И тянул время.

Алиса сощурилась, прислушиваясь к происходящему.

Изнутри замка к ним спешили люди. Нужно было торопиться.

Командор ударил неожиданно, чутьём признав, что йахаса отвлеклась.

Но… Сталь наткнулась на сталь. И мечи вошли друг в друга, спаиваясь ударом.

Алиса опустила голову ещё ниже – волосы встали дыбом – и снизу вверх взглянула на наставника через скрещивание клинков. Командор держал меч, стремясь отодвинуть от себя дальше. На его лице смешивались напряжение и понимание конца. По лбу капал пот, а губы изгибались от натуги. Алиса давила клинком, заставляя сильные руки сдаваться, допуская скрещивание всё ближе к горлу. Ближе к жизни.

– Вы – не причащены йахасом, - прошипела с присвистом Алиса, с прищуром смотря на наставника. – Вы – живой…

Лицо командора судорожно вздрогнуло, когда мечи приблизились серебряными нитями. На лбу взбугрились вены, заструились реками, силящимися сломать лёд. Губы распахнулись, показывая до судороги стиснутые зубы. Он оскалился и процедил, хриплым от усилия голосом:

– Живой! А ты?

Алиса вдавила его спиной в двери. Командор поднял плечо, защищаясь, выпустил рукоять и вскинул руку, закрывая предплечьем горло. Клинок Алисы мощно вдавился в плоть, засаживаясь в кость. Наставник зарычал, зажмуриваясь от боли. Но удержал.

Он стоял, подпирая двери, подложив запястье под меч – из расширяющейся от давления раны широким потоком струилась кровь. Меч царапал скулу, меч уродовал руку, в любой миг мог продавить до горла. Но командор только шипел сквозь зубы.

Неожиданно Алиса отпустила мечи. Отшагнула – клинки буквально выпали из рук командора. Наставник, пошатнувшись, рухнул на колени. Не отрывая от неё взгляда, прижил к груди раненную руку, второй шаря по полу в поисках рукояти клинка.

– Нет, - Алиса покачала головой.

Но он не внял. Ещё секунда – и он натужно встал, стискивая липкую от крови рукоять меча.

Алиса нахмурилась – со спины уже слышен был бег Даниила, а впереди, за дверями, охраняемыми наставником, кто-то приближался. И ещё ждал Прото.. Она знала, что это так. Чувствовала. Раз за разом ощущая его присутствие и незримый взгляд в этой дороге, она уже просто верила, что иначе не может быть.

Долго на ногах командор простоять не мог, поэтому кинулся, не особо выверяя атаки. На удачу.

Алиса гибко ушла из-под удара и, нырнув в сторону, махнула когтистой рукой в глаза противника. Даже запах крови – тяжёлым ароматным шлейфом бьющий от наставника - не мог заставить её порвать его. Командор взвыл, выпуская клинок и хватаясь липкими ладонями за лицо. Рухнул на колени, скрывая глаза в горсти. Взревел, пытаясь подняться, махнул раненной рукой, но обессиленная, она опала, так и не оттолкнув йахасу, молча застывшую в шаге от него.

Командор, яростно воя сквозь зубы бесслёзным плачем, сгорбился, утыкаясь лицом в паркет. Сжался в комок боли и ненависти. И тут же зарычал: