Дерек вошел в ванную комнатуи выдавил зубную пасту на зубную щетку.

— Давай, — сказал он, засовывая зубную щетку в рот.

— Кажется, у нее есть определенные проблемы с азартными играми.

Дерек выплюнул, вытерев тыльной стороной руки рот.

— Что? Этого не может быть.

— Уверен, что это выглядит именно так. Она несколько раз посещала BelAirCasinoза

последние год-полтора, оставаясь там в течение недели.

— И я предполагаю, что она проигрывала.

— Много.

Дерьмо. Дерек провел рукой по небритому подбородку.

— Итак возникает вопрос — имеют ли ее проигрыши прямое отношение к этому

скандалу?

— Точно. Хотя явных причин думать так нет, что это может быть связано, но мы оба

знаем, что стоитпокопаться в этом, как бы маловероятно это не казалось.

— Хорошо. У меня ланч сегодня с Ником. Я посмотрю, что смогу у него узнать.

На другом конце наступила пауза, и Дерек услышал дыхание Камаля и отдаленныеголоса

персонала в здании посольства.

— Я предполагаю, что она находится у тебя?—спросил Камаль, понизив голос.

— Да, на кухне, — Дерек почувствовал, как у него подскочило кровяное давление, он

явно готовился к бою со своим лучшим другом. В последнее время они постоянно

спорили по этому вопросу.

— Я хочу начать серьезную проверку ее матери, — отрывисто произнес Камаль.

— В этом нет необходимости, — резко ответил Дерек.

— Есть. Мы ничего не знаем о них до того, как они прилетелисюда в Штаты. В Лондоне

они прожили всего два года, но у ее матери былаже жизнь и в Иране. Нам следует узнать,

как она там жила. Нам необходимо узнать кем она была раньше, прежде чем

эмигрировала. Если ты готов все бросить ради этой женщины, по крайней мере, в первую

очередь, стоит узнать, кто она.

— Черт побери. Сколько раз я должен тебе повторять, что я знаю все, что мне нужно? Я

знаю ее, и мне важно, кем она является сейчас, а не кем была. И я доверяю ей. Для меня

этого вполне достаточно, и для тебя тоже должно быть вполне достаточно.

— Для меня нет.

— Ну, смирись с этим, в конце концов, — отрезал Дерек.

На том конце провода воцарилась тишина, на этот раз Дерек нарушил противостояние.

— Я понимаю, что ты хочешь проделать это из добрых побуждений. Но не стоит.

Понимаю, что для тебя это тяжело, но тебе и вполовину так не тяжело, как мне, двигаться

дальше без нее, словно она ничего для меня не значит. Она очень многое для меня значит,

хотя бы в том, что я и Мелвилл втянули ее во все это. Я ценю твою заботу и помощь. Но

мне хочется узнать, кто приложил руку к скандалу, и я не собираюсь делать Лондон

«козлом отпущения». Если ты не можешь согласиться с моим решением, тогда, возможно,

нам стоит разойтись.

— Возможно, я так и сделаю,— ответил Камаль. — Потому что я не хочу участвовать и

молча наблюдать, как ты губишь себя, и я знаюиз-за чего. В данный момент ты

занимаешься своим собственным самоубийством,раньше я за тобой не замечал такой

наклонности.

— Хватит!— взревел Дерек, стукнув кулаком по шкафу.

— Ты прав, действительно хватит,— огрызнулся Камаль. — У меня все.

— Да,— ответил Дерек у него в животе ощущалось жжение. —Мы закончили.

Он завершил вызов, опустив глаза на скомканные простыни на его постели, на

которыхзанимался любовью с Лондон.И задался вопросом, почему кто-то не может

просто порадоваться за него.То, что он ощущал в этой постели прошлой ночью выходило

далеко за хороший секс, и он хотел продолжения этих ощущенийпричем долгое время и

вместе с ней. Ему было очень хорошо с этой женщиной, он безумно влюбился в нее, хотя

она полностью и разрушила его мир.

Опустившись в мягкое кожаное кресло, Дерек окинул взглядом комнату, наслаждаясь

анонимностью укромного уголка. Он быстро понял, что если сядет в центре ресторана,

как обычно, весь вечер на него будут устремлены взгляды посетителей, а ему не хотелось

излишнего внимания. Он заметил не одну камеру телефона, направленную на него, пока

метрдотель вел его через зал.

На протяжении трех десятилетий HampshirePubбыл любимым местом ланчей и