в двадцати местах на обширной и ровной поляне. Пламя лизало сушняк и, освещая все вокруг, защищало людей от хищников. Тигры, леопарды и пантеры поодиночке и прайдами временами возникали на поляне из непролазной чащи, укутанной клубами тумана, обегали вокруг костров, но от града камней и стрел вновь исчезали в темноте. Сотни песцов и собак, сбившихся в стаи под деревьями, не собирались убегать. Плотоядных зверей манил запах копченого мяса, разогретого над огнем. Желая вызвать у людей панику, они выли, визжали и рычали, иногда приближались

к огню и лязгали острыми клыками. Хищники чего-то ждали, а голод делал их опасными.

Наконец появились и те, кого ждали другие звери. Это были пещерные волки. Старейшина дал знак готовиться к битве, но хищники не стали нападать. Покружив немного у костров, они улеглись на землю и зорко следили за людьми. Непонятные действия врагов вызывали у туземцев самые мрачные предчувствия.

— Они хотят достичь цели измором. Эта стая будет нас стеречь, а та, что сейчас охотится, явится на смену.

И звери нападут, когда мы изнуримся. Может, нужно их атаковать горящими поленьями? — сказал Галлиот Метаксе.

— Согласен. Но только немного выждем, чтобы и звери утомились, но нам хватило бы дров, — ответил старейшина. А незадолго до рассвета он дал сигнал атаковать

и хищники были отброшены.

Когда же в округе рассвело и туман поредел от ветра, туземцы увидели скалу неподалеку от поляны; она высилась множеством уступов.

— Сделайте лестницу! — велел подчиненным Метакса. Когда же ее изготовили, то он вместе с Галлиотом и еще четырьмя воинами забрался на маковку скалы. Туман к тому времени рассеялся и прояснились дали. И воины увидели реку и что-то плывущее к ней по притоку.

— Это, конечно, плот, — высказал догадку старейшина.

— А на нем уплывают слуги духов. И по реке их уже не догнать, — констатировал факты Галлиот.

— И по-над рекой тоже, — грустно добавил Метакса, смотря на непролазную чащобу.

— Теперь уже ясно, что она делает колено напротив нашей святыни. Давай обойдем лес и схватим беглецов

у поворота.

— Обходить придется и болота, а они, наверняка, есть, — ухмыльнулся старейшина.

Болото встретилось отряду сразу при выходе из леса. Оно длинным кривым языком вдалось в приполярную долину. До обеденного отдыха люди еще обошли пару таких же языков по вязкой и скользкой почве. А уже на закате, изнемогая от усталости, воины свернули в лес и расположились на ночевку. И в этот раз им повезло больше. Участок дремучего бора вдавался в болото полуостровом,

и, разложив костры на перешейке и обезопасившись от хищников, туземцы отдохнули вдоволь.

Утром следующего дня Метакса сказал Галлиоту:

— Впереди еще много болот, но когда мы дойдем до поворота, я выберу лучших воинов и вместе с ними побегу охранять святыню. А ты с остальными людьми будешь стеречь беглецов. И кто бы из нас их ни схватил — мы выполним волю вождя.

<p align="center">

Глава 25

Над гладью Таежной реки высилось много островов. В большинстве они находились у другого, низменного, берега, что было на руку разведчикам. Проблема с ночевкой отпадала, а при появлении туземцев они убежали бы в лес. Но один назревший вопрос так и остался нерешенным.

И когда переплыли реку, Жан напомнил о нем:

— У нас продукты на исходе, но как завладеть добычей в непроходимой чаще?

— Найдем звериную тропу и расставим силки, — предложил Радж.

— Вырываясь из петли, добыча поднимет шум, и ее разорвут хищники, — возразил Жан.

— Может, спрячемся на дереве неподалеку от тропы и будем стрелять на звук, — посоветовал Роберт.

— Звери учуют нас и обойдут стороной, — не согласился Вьюгин и заодно напомнил: — Они приходят к водопою с наступлением темноты, а у нас есть прибор ночного видения — основа успеха в охоте при отсутствии света. А стрелять будем с плота или ближнего острова.