И Кэнд снова засомневался:

– Ты уверен, что тебя тоже освободят от творческого конкурса?

– Еще бы!
– отмахнулся Гайнер.
– Уж если за победу в Викторине Сообразительных освободили... Меня туда тоже звали, но это же для тех, кто ничего делать толком не умеет! Разве что болтать...

Но директор пока не стал вызывать Джандела. Вместо этого он объявил о желании познакомиться со следующими учениками.

На трибуну вызвали по очереди еще пятерых. Последним на кафедру поднялся огромный зеленокожий громила - по виду настоящий бандит.

– Ну вот, только демонидов в нашей группе и не хватало, - пробормотал Кэнд недовольно.

"И как назло, ни одного знакомого лица! Не с кем даже подружиться, разве что та девчушка в черном платье с цветком, - думал Кэнд, разглядывая будущих сокурсников.
– Интересно, она, случаем, не принцесса?"

Рядом с девчушкой стоял долговязый парень с длинными волосами в дорогом бархатном камзоле.

Кэнд поморщился: этот наверняка много о себе воображает!

– Ничего себе, - вдруг оживился Джандел, разглядывая щуплого мальчугана рядом с долговязым, - а я его знаю, Кэнд! Это Мартиус Халфер, он тоже хотел участвовать в Изобретательской викторине, но накануне состязаний снялся!

Тем временем к ученикам присоединилась еще одна девочка: ее рыженькие кудряшки подпрыгивали на точеных плечиках. Она вышагивала на таких умопомрачительных каблуках, что Кэнд не удержался от смеха:

– Сейчас эта раскрасавица, небось, растянется на лестнице. Ох, и слез будет...

Однако рыжая девчонка на редкость изящно взлетела на подиум и сделала такой же изящный книксен.

– Кэнд Дрэгонрайд и Джандел Гайнер!
– прогремел голос Ферона, усиленный магией, и дракон почувствовал жар в груди.

Снова грянула музыка, сзади послышались жиденькие аплодисменты - должно быть, зрители уже утомились, или дракону так только показалось?

Он на ватных ногах поднялся по бесконечно длинной лестнице мимо стражников в латах.

– Добро пожаловать в Асфиль, молодые лёйты, - торжественно провозгласил Ферон. Кэнд оглянулся: отсюда Парадная Площадь была как на ладони. Во все стороны простирались ряды кресел с нарядными учениками, справа тянулся длинный стол с мастерами, которые приветливо улыбались друзьям.

– Надеюсь, увидеть вас на моих лекциях, лёйт Дрэгонрайд!
– сдержанно улыбнулся Ферон. И, вручив Кэнду чемодан, обитый блестящими полосками, принялся снова рассказывать о том, как славно им будет учиться Асфиле, после того как они поступят, конечно. Чемодан оказался на удивление тяжел, так что Кэнд от неожиданности выронил его и едва не упал сам.

– Осторожнее!
– подскочил сзади Джандел.

– Извините, - пробормотал дракон, выругавшись про себя. Он чувствовал себя ужасно неловко: разволновался тут, чуть с лестницы не скатился!

Благо, никто над ним не смеялся - толпа внизу рукоплескала, музыка гремела так, что пол трясся под ногами. А некоторые ученики поглядывали на Кэнда как будто даже с тревогой.

* * *

Через полчаса поздравительная часть кончилась, и начался фуршет. Праздничная толпа рванула в Асфильский сад, где были расставлены столы с яствами. Тут были и блюда с горячим, и сладости, и фрукты, и даже столик с винами для взрослых.

– В нашей группе только семеро поступающих, ты представляешь?
– тараторил Джандел, когда они с Кэндом пробирались к столу со сладостями.
– А в прошлогодней группе было аж двадцать юмян, я узнавал!

В саду было ужасно шумно: туда-сюда сновали слуги с подносами, ученики толклись у столов с фруктами и сладким - все десерты тотчас расхватали.

– А чего это у нас такая мелкая группа?
– спросил Кэнд, тоже взяв себе десерт.

– Должно было быть восемь, но кто-то не приехал!
– прокричал Джандел, стараясь заглушить ужасный гвалт.

– О, кого я вижу, это же сам повторятель... то есть лёйт Гайнер!
– в этот момент раздался возглас у них за спиной.

Друзья обернулись.

– Мастер Талкас?
– закричал Джандел вне себя от радости. И Кэнд только сейчас разглядел в нарядной толпе высокого худощавого юмянина в сером камзоле.

Тот, улыбаясь, пожал руку Гайнеру:

– Очень рад, видеть тебя в нашей академии, Джандел! Просто очень рад!
– У мастера Талкаса было такое приветливое лицо, что Кэнд тоже улыбнулся.