– А все ли двери удалось отпереть?

– Все, что были.

– А приходилось ли пользоваться вон тем ключом, завязанным в тряпочку?

– Этим? Не приходилось...

2. Веселин Панайотов, этнограф

Почти ничего из намеченного на первый день - не состоялось.

Мало того, что "березанская деревянная скульптура" обернулась фикцией, так и мутанток-вышивальщиц отыскать не удалось. А плясуны на празднике Урожая - хоть и нашлись, но станцевать отказались. Клялись, что давно позабыли движения. Настроение, кстати, тоже забыли: таких угрюмых танцоров ещё поискать.

Зато - два ценных наблюдения Веселин сделал.

Первое. Все дворы, в которые в тот день заглянули Панайотов и Грдличка, представляли собой уменьшенные копии дворища, обнесённого берёзовым частоколом. Все такие же треугольные, причём углы заборов закруглены; в каждом дворе выделяется три объекта: хозяйский дом, большой хлев (или сарай), накрытая решёткой яма. Если на яме недостаёт решётки, то её - и именно её, а не весь двор - сторожит цепная свинья.

Второе. Обнаружилось, что женщин-мутанток в Березани вообще не встречается. Равно как и детей. Одно мужичьё - и по улицам ходит, и на рынке торгует, и в домах сидит. То ли Березань - чисто мужское поселение, то ли семьи свои они по углам прячут.

Факты интересные. Но смыслы неясны.

Ни об охраняемых ямах, ни о семьях мутанты вообще не давали никаких комментариев. Молчали, тупо моргая глазами, либо неуклюже меняли тему. Предположительно, действовало жёсткое табу. И, хотя Веселин задавал вопросы с осторожностью, ухищрения не помогали.

Тот же Ванидло - с увлечением рассказывал о том, как он ведёт хозяйство, но как только Веселин поинтересовался, не помогает ли семья, скульптор-вышивальщик будто воды в рот набрал.

Веселин терялся в догадках и нуждался в подсказке. Логично было бы поделиться с коллегой, послушать его соображения. Но Йозеф Грдличка, к сожалению, не тот коллега, чьему совету стоит доверять. Как он упрямился в признании Ванидла народным скульптором вопреки очевидным фактам! И ради чего? Только чтобы Березань продолжала считаться центром резьбы по дереву. На притянутых за уши основаниях!

Насколько легче было бы разбираться в этнографических фактах, когда бы Веселин остался в Березани на пару с Ратко Милорадовичем, Славомиром Костичем, даже Гориславом Чечичем - с кем-то из них. Но Грдличка... Спасибо, лучше подумать самому!

Не даром идею роботов предложил чех Карел Чапек. Наверное, у себя в Чехии и наблюдал среди людей такие типы, как упрямый партнёр Веселина. Робот - не мыслит, он имитирует мыслительный процесс. Вот и Грдличка - такой имитатор. Робот с жёсткой программой, полученной от профессора Щепаньски. Или у неё другой источник?

Когда-нибудь, когда Веселин исследует мутантскую культуру, он подумает и о том, что заставляет чешских антропологов так превозносить её достижения. Вряд ли всё дело в эволюционной теории Дарвина, которую им хочется снова и снова подтверждать.

Сам дарвинизм стоит на страже чьих-то интересов. Кому-то выгодна эта игра: борьба за существование. Тому, кто надеется выжить.

3. Леонид Андреевич Погодин, и.о. главврача больницы с. Березань

Так вот ты какая, установка переливания крови. Серенький ящичек с неразборным корпусом (а вдруг кто подсмотрит, что там происходит?) - иными словами, таинственный "чёрный ящик". На входе - стандартное поршневое устройство для забора крови, на выходе - капельница. Всё.

И что в этой штуке такого, чтобы её не завезти в операционную замка Брянск? Изготовители позаботились, чтобы любопытные внутрь не лазили, но мы-то и так знаем: в ящике стоит фильтр.

Кровь, забранная из вены, собирается в резервуаре, проходит через фильтр, поглощающий молекулы токсинов, а затем через капельницу возвращается в кровь. Вот и всё, если работать в режиме гемосорбции.

А Погодин - уверен, что предпочитает работать в этом режиме.

Можно, конечно, и усложнить себе жизнь - ещё повозиться над обеззараживанием кровяной плазмы. Но тогда придётся распаковать и центрифугу, а хватит ли здесь энергии её раскрутить, поди догадайся. Электростанция-то в больнице слабенькая. Так, кофе попить.

Что ж, отступать дальше некуда, чудо-прибор собран!

Пациенты. Пора их осмотреть, и наружный осмотр не затягивать. Ибо: что там искать - сепсис у обоих. Красные линии отчётливо проступили под кожей, по ним всю лимфатическую систему проследить можно. Одним уколом такого не погасишь, нужен длительный курс антибиотиков. И подключение к чудесной установке - как же без неё!

Теперь - не отвлекаться - придётся осматривать раны. Хотелось передать эту честь неизвестному хирургу - не вышло. Будем сами разматывать. А там и скальпелем придётся поработать. Ведь быть того не может, чтобы всё хорошо заживало. Коли есть сепсис - ищи гнойный очаг.

– Санируем раны и подключаем к установке, - пояснил Погодин общий порядок действий. Фабиан кивнул, потом поинтересовался:

– А с кого начнём?

– Первым пойдёт капитан Багров - тут без вариантов.

Да. Всё верно. Рану Зорана Бегича пока вычистишь, капитанская кровь успеет в чудо-ящике трижды обновиться.

– Стоп, а почему бы не начать с Зорана?
– Горан Бегич, конечно, тут как тут. Будто специально тут вертелся, чтобы держать брату очередь.

– Аппарат же сперва надо испытать!
– как ни в чём не бывало, пояснил Погодин, и Горан ответом удовлетворился.