– А могли раздолбать?
– не на шутку встревожился Горан.

– Да не переживайте, рано ещё! Хотя всё бывает, могло статься и такое.

Да, врач Погодин мудр, он думает наперёд. Он обязательно бы исцелил Зорана, если бы имел хоть малейшую возможность. К сожалению, не всё в его силах. Все надежды сейчас - на капитана Багрова. Только он выведет свой БТР из полного тупика.

Несчастный брат, прибинтованный к сидению, застонал в беспамятстве и выгнулся мучительной дугой. Нездоровая краснота лица сгустилась, веки ввалились, заострился нос. Пятно от гноистой жижи, просочившейся из-под повязки на простыню видимо разрослось.

– Не тревожься, Зоран!
– зашептал невредимый брат.
– Капитан обещал всё решить, у него получится... Ведь правда, капитан найдёт верную дорогу?
– Горан обернулся за поддержкой к Погодину.

– Правда, правда, - авторитетно закивал тот.

Отлегло ли у Горана от сердца? Знать бы это ему самому!.. Нет, конечно же отлегло: ведь его успокаивал мудрый доктор Погодин.

А храбрый капитан Багров только ради спасения близнецов Бегичей смело кинулся на свинью с одним лишь факелом - в тот самый момент, когда все растерялись. Человек, совершивший такое, уж наверняка сумеет довести спасение Зорана до успешного финала. Это ясно и так, можно и у Погодина не спрашивать. С другой стороны, почему бы и не спросить? От вопроса вреда не будет.

– Тут и думать нечего, - хмыкнул Погодин, - Юрий Михайлович - русский офицер из войск МЧС. А все офицеры МЧС хорошо ориентируются в пространстве.

Юрий Михайлович? Да, отважного капитана Багрова зовут Юрий Михайлович. Горан, похоже, впервые слышит его имя и отчество, но в них - хороший знак. Юрий - это всё равно как Георгий. Значит, его назвали в честь Георгия-победоносца. И не случайно же его так назвали!

– Да, вы правы, - важно кивает Погодин, - молиться вам надо на нашего капитана. Вот глядите, Горан: в эту самую минуту наш Юрий Михайлович ищет верную дорогу, по которой мы доставим вашего братца к спасительной технике Евролаба. А ведь сам капитан - ранен! Ему тоже требуется помощь. Вы заметили?

– Да-да, конечно!

– И вот, вместо того, чтобы ехать знакомой дорогой назад в замок Брянск, наш капитан ищет сложный путь, который приведёт вашего брата к спасению. Только вашего брата, улавливаете? Самому же капитану за лечением придётся ехать таки в Брянск, и доедет ли он туда - тоже вопрос. Вот оно как бывает!

И в самом деле... Как-то несправедливо получится. Совершенно несправедливо!

– Но почему бы и Юрию Михайловичу тоже не подлечиться в хорошей лаборатории; зачем ему, раненому - ехать до Брянска?

– Во-от!
– Погодин поднял указательный палец к низковатому потолку десантного отсека.
– И я говорю то же самое: нет в мире справедливости. Одни заваривают кашу и лечатся в лучших условиях, другие - рискуют не успеть добраться до условий похуже. Радуйтесь, Горан! Радуйтесь, что это капитан Багров заботится о вашем брате. А не, скажем, наоборот.

Последние слова врача Горану Бегичу вдруг совсем не понравились. Настолько, что даже рана любимого брата показалась недостоверным фактом. Нет, что это за русская пропаганда - про "нет в мире справедливости"? У Горана даже кулаки засвербели. К вашему сведению, это у вас в России со справедливостью проблемы, а у нас в мире - справедливость уже давно воцарилась. Не надо путать нас и вас, господин Погодин, наш мир гуманнее и круче. Это так же верно, как то...

Как то, что...

Что капитана Багрова таки вылечат в Евролабе!

– Хвастаете, - безразлично вздохнул Погодин. Оказывается, идею о лечении капитана на европейском оборудовании Горан сболтнул вслух. Может, и зря сболтнул, но не отступать же:

– Я хвастаю? Да ничуть! Спорим?

Хотя поспорить легко, а вот выиграть... Учитывая, что не Горану, а самому начальнику экспедиции предстоит решать, брать ли с собой в мутантские земли раненого русского капитана. К тому же профессор Щепаньски русских капитанов ой как не любит. Да и полковник Снегов со своей стороны скорее всего воспротивится... Ну, воспротивится - так и будет. Наше дело предложить!

12. Юрий Михайлович Багров, капитан войск МЧС

То жар, то озноб. То дремота, то явь. По лесу осторожно движется БТР, с остановками - специально, чтобы капитан Багров мог осмотреться, принять решение. Он принимает решения, это факт; успевает ли он перед тем осмотреться? Лес будто бы незнакомый, но сориентироваться по деталям мешает розоватая пелена перед глазами. И мелькание подчинённых: Гаевский - Хрусталёв - Гаевский - Хрусталёв - Погодин...

Погодин? А он что здесь делает? Ага, принёс на броню одеяла, какие потеплее. Да нет, гляди ж ты - уносит обратно! С какой, однако, стати - разве отдан такой приказ?.. Что он сказал в ответ? Опасается перегрева - какого такого перегрева? Подозрительные дела.

Снова замелькали: Хрусталёв - Гаевский - Хрусталёв... Ну, эти хоть кружку воды тебе подадут. Вода холодная, почти ледяная, даже зубы сводит, но всё же Багрову кажется: мороза в ней недостаточно.

И снова Погодин. Он сам-то знает, как сильно от него несёт медицинским спиртом? Ну ладно-ладно, Погодин добрый: поделился спиртом с командиром, протёр ему лоб ватным тампоном. И снова протёр. Неужели лоб так сильно запачкался?

А с чем это шприц? Нет, за шприц мы не договаривались.

– Погодин, что ты мне колешь?