– Тебе что, песня не нравится?
– улыбнулась девушка.
– Хотя, нет. Вижу, ты нервничаешь. Кто тебя напугал?

Сфинкс промолчал, а из рощи между холмами донесся неясный вскрик, не понять, кто кричит, то ли животное, то ли человек. Сирин вскочила на ноги, инстинктивно обнимая Мурзика за мохнатую голову, готовясь его защищать. Где-то заблеяли овцы. Крик повторился, на этот раз ближе, затрещали ветки дальних кустов, и все стихло. Холодок страха пробежал по спине. Девушке показалось, что внизу мелькнула большая тень. Она уже собиралась дать деру, кинувшись к поселку вместе с Мурзиком, но тут, совсем рядом услышала:

– Где же вы, вечная тьма?! Куда подевались?

Из рощи на открытый склон выскочил человек, невысокий, в простой длинной куртке, с палкой в руках. Увидев Сирин и зверя, мужчина кинулся к ним, крича:

– Девушка, вы тут овечек не видели? Может, ваша собачка поможет найти?

Сирин мотнула головой:

– Это не собака, это сфинкс. А что случилось?

Мужчина даже не взглянул на сфинкса, будто видел их каждый день, зато радушно улыбнулся Сирин, и принялся объяснять:

– Меня зовут Ларс, я нанялся тут пастухом. Недавно. И вот, как назло, две овцы пропали, прям из-под носа исчезли! Может, свалились куда, а может их увели те бездельники, что поселились на выселках, вот за той рощей.

Он махнул рукой в сторону гор.

– Мы слышали блеяние. Попробуем вам помочь!
– заверила Сирин.

Через минуту все трое спускались по склону. Мурзик шел впереди, нервничал, поджимал уши, обнюхивал землю, Сирин пыталась понять, что встревожило зверя, и внимательно оглядывала кусты. Ларс больше смотрел на девушку. Она была выше его, и когда нагибалась, чтоб разглядеть примятую траву, он улыбался, а когда она наклоняла голову, он любовался ее серебристой косой. Впереди, в ивняке, что-то мелькнуло, Мурзик напрягся, приняв боевую стойку. Сирин немедленно запустила пальцы в его короткую гриву, чтобы остановить, если рванется и защитить, если что. Ларс тоже присмотрелся к ивовым зарослям. Там, далеко впереди, в низине между холмов, бродил мужчина, высокий, стройный, с черными гладкими волосами, завязанными хвост.

– Стой! Негодяй!
– заорал Ларс во все горло, и в припрыжку понесся вниз по зеленому склону.

Сирин с Мурзиком последовали за ним. Мурзик, делая огромные прыжки, с легкостью обогнал хозяйку. Силуэт незнакомца еще пару раз мелькнул меж ветвей и пропал из виду. Добежав до рощи, Ларс сбавил темп. Шумно дыша, он прошелся туда-сюда и, наконец, остановился, с досадой махнув рукой:

– Ушел! Тьма его побери!

– Кто ушел?
– подбежала запыхавшаяся Сирин.

Ларс не успел ей ответить, в низине громко взвыл сфинкс.

– Котик мой!
– взвизгнула Сирин, сорвалась с места и опрометью кинулась вниз.

– Во, дает!
– восхитился Ларс, и, не спеша, последовал за девушкой.

В самой гуще ивовых стволов, возле камня, на смятой и запачканной кровью траве, лежал изодранный труп овцы. Вид у него был такой, будто над ним поработал тигр. В двух шагах от него стоял сфинкс, на овцу он никакого внимания не обращал, а всматривался в зеленую гущу ивовых зарослей. Шерсть у него на хребте встала дыбом, бока вздымались, а из груди доносился утробный рык. Ларс опасливо обошел зверя и склонился над своей подопечной.

– Что я скажу хозяевам? Не уследил! Бандиты овцу задрали...

Сирин не слушала его. На труп она не смотрела, чтоб не начало тошнить. У нее всегда так бывало при виде какой-нибудь мерзости. Она сразу кинулась к Мурзику, погладила по голове и пропела ему на ухо что-то успокаивающее. Постепенно Сфинкс перестал рычать, шерсть улеглась, он лизнул руку девушки. Только тогда Сирин обернулась к Ларсу:

– Вы что же полагаете, это дело рук человека?

– Скорее, эльфа. Вы же сами его только что видели. Я сразу узнал бандита! Десять дней назад они поселились в заброшенном доме: двое людей и эльф. Хотели в поселке остановиться, но староста им не позволил. Кто они, откуда - не понять, сказались учеными, только что изучают и зачем пришли - непонятно. Как по мне, так они беглые преступники или оборванцы. Жрать им нечего, вот и зарезали овец, одну утащили, а эту вот, не успели, потому что мы подошли.

Еще одна скверная новость разнеслась по поселку. Люди пришли к дому старосты. Сирин и Хельди стояли в толпе. Тодор выслушал пастуха, задал ему принародно вопросы и вынес решение, что Ларс прав, овец могли убить поселенцы с выселок. Народ загудел возмущенно и угрожающе. Сирин пожала плечами и молча пошла домой. По дороге ее догнал Ларс, теперь он чувствовал себя почти что героем, разоблачившим бандитов. Пригладив жидкие волосы и поправив рабочую куртку, он выпятил грудь и предложил:

– Хочешь, прогуляемся? Я тебе заветное место в ручье покажу, там миноги водятся. Присосутся к камням и висят, их умельцы руками ловят, а ты можешь вилкой попробовать или острогой.

Сирин поежилась, перспектива ловли миног ее не прельщала. Остановившись, она обернулась к Ларсу, чтобы отослать его прочь, но тут у нее мелькнула мысль, заставившая изменить планы.

– Ты в Лунде давно живешь, хорошо знаешь округу?
– спросила она.

– Я родом отсюда, каждый камень здесь знаю.
– Похвастался Ларс.
– Потом я в город подался, пожил там столичной жизнью, на все посмотрел, но мне не понравилось. Вот и решил вернуться в родные края.

Ларс продолжал хвастать, описывая, как хорошо он знаком и с городом, и с поселком, и как везде его ценят, но Сирин прервала его: