– Он не тронет, Мурзик очень мирный. Он все понимает!
– чуть не плача, затараторила девушка.
– Мы очень устали...

Видя, как складывается ситуация, Мурзик лег у порога, положил массивную голову на большие лапы и закрыл глаза. Демонстрация такого полного повиновения задобрила Хельди. Сразу видно, зверь знает свое место!

– Ну, что ж мы стоим, проходите в дом, - она открыла дверь пошире.

Какое-то время гости приводили себя в порядок. Кайда помылась, расчесала волосы и заплела тугую косу, потом обтерла сфинкса мокрой тряпкой и причесала его грубым прочным гребнем. На предложение Хельди отвести Мурзика во двор и разместить в старой собачьей конуре или хотя бы в пристройке к сараю, гостья отреагировала отказом.

– Он ляжет рядом с моей кроватью, - пояснила она.
– Он меня не оставит. Он еще маленький, ему будет страшно и одиноко в будке.

Хельди, скрепя сердце, положила гостье порцию мяса из заветной кастрюльки, и даже подала к чаю печение. Потом достала самую старую миску и слила в нее остатки вчерашнего супа.

– Вот, ешьте! Ты и твой зверь.

– Спасибо! У меня тут консервы есть.

Кайда поспешно порылась в своем рюкзаке и извлекла оттуда несколько консервных банок, а также мешочек с конфетами. Хельди заулыбалось - приятно, когда гость приезжает не с пустыми руками. Она немедленно налила себя чаю и приступила к дегустации столичных сладостей. Краем глаза она приметила, что Кайда выгребла несколько кусочков мяса из своей тарелки и незаметно сунула сфинксу. Тот благодарно облизнул ей пальцы.

Не дело переводить хороший продукт на зверье! Но, на первый раз, Хельди решила смолчать, хоть в душе и вскипела.

– Откуда у тебя сфинкс? Говорят, их породу давно истребили атланты, а когда сфинксов совсем не осталось, их объявили чуть ли не божеством. Так всегда бывает, вначале перебьют, а потом в ранг возводят. Тоже мне, божество!
– кивнула Хельди на Мурзика, свернувшегося калачиком у ног Кайды.

– Я его нашла котенком, в Покинутых землях. Теперь он со мной. Подрос. Хотелось бы найти его родичей.

– А здесь ты зачем? Место для отдыха не подходящее! У нас тут последнее время неспокойно.

Хельди, как могла, расписала гостье темные события, творящиеся в поселке. С одной стороны, у нее, наконец-то, появился слушатель, которому можно было поведать обо всех ужасах, с другой, она рассудила, пусть девица испугается и не думает гостить у нее слишком долго. Как ни странно, слова Хельди произвели на девушку обратное впечатление. Она оживилась, глаза заблестели, и даже сонливость прошла.

– Надо во всем разобраться!
– выпалила Кайда.
– Я собираюсь пойти за холмы, в запретную зону. Мне нужны оружие и проводник.

Мумми ахнула и всплеснула руками:

– Офонарела! Куда ты пойдешь? Зачем? Нет, я и раньше подозревала, что ты ненормальная. Правильно мой племянничек сделал, что расстался с тобой! Теперь-то я точно вижу, ты не в себе, с тобой рядом, милая, жить то опасно!

– Мы не подходили друг другу.
– Машинально поправила Кайда, и добавила, запинаясь.
– Мне надо в запретную зону. Очень надо...

На глаза у нее вдруг навернулись слезы. Она опустила голову и беззвучно заплакала. Сфинкс мгновенно поднялся и лизнул девушку в руку, подбадривая и утешая ее.

– Почему ты ревешь?
– удивилась Хельди.
– Может, Гаша моего вспоминала и вернуть захотела? Признавайся, ты приехала, чтобы я помирила вас? Но учти, Гаш живет в городе, я его редко вижу.

От такого предположения слезы у Кайды высохли сами.

– Нет, Гаш мне не нужен! Мне надо в запретную зону.

– Зачем?

Кайда помедлила, но решила, что сказать правду придется.

– Год назад пропали мои родители. Они исследовали береговой шельф, - видя непонимание мумми, она пояснила, - они ученные, исследователи, изучали береговую линию. Выясняли, что происходит с Континентом, понимаете? И вот они пропали, бесследно. Я их ищу.

– Где, здесь?

– У меня есть сведения, тут надо искать. Это одно из мест, где пропадают люди.

Хельди пожала плечами и согласилась:

– Родители - дело святое! Главное, глупостей не натвори. А насчет поиска и проводника, тут тебе староста нужен. Это только к нему. Утром я тебя отведу, а пока отдыхай.

Тодор сидел за столом на любимом стуле с мягким сидением и резной спинкой. Каждый вырезанный из дерева листик он помнил до последнего завитка. Всю красоту выводил собственными руками.

Гном смотрел в окно на низкое, серое небо и вспоминал. В сущности, жизнь прожита правильная, хорошая. Прошлое пролетало перед глазами как осенние листья. Тепло родительского дома, мать и отец, каких поискать - любящие, серьезные, строгие! Постижение ремесла, которое еще до рождения сына выбрал ему отец. Умница жена. Правда, ушла в мир иной раньше срока, но тут уж ничего не поделаешь. Зато оставила достойных сыновей, они - гордость отца. Все трое выросли и пошли каждый своей дорогой. За прожитые годы Тодор был спокоен, хоть сейчас мог держать ответ перед Великим Мастером! Но вот в последнее время все в поселке пошло не так. А ведь он за Лунд в ответе.